— Как скажешь, мой генерал, — хмыкнула Стафия. — Сделаю. Но все-таки почему?

— Что «почему»? — не поняла Кара.

— С чего вдруг ты передумала и решила помогать Асхару? Ведь я тоже морт, и в твоих глазах вижу желание мести. Если задумала подобраться к нему со спины, только себя погубишь. Открою страшный секрет. Асхар уже наполовину Растерзатель, по силе ему нет равных. В тебе проснулся сильный дар Тьмы, но твоя магия и наполовину не сможет соперничать с его мощью. Даже если решила убить себя, чтобы отомстить за рабство и смерть Ягара, легче сразу зарезаться санкристием. Кстати, прими мои соболезнования насчет деда. Морт он был хороший, но это Сатис его убил. Подробностей, к сожалению, не знаю. Скажешь, почему согласилась помочь Асхару?

Каре пришлось выждать паузу, чтобы успокоиться. Упоминание деда вызвало ненужные воспоминания и слишком сильную ненависть к Асхару, которого она считала главным убийцей. Следовало быть осторожнее и не забывать, что магия Стафии питалась с «накормленных» кровью алтарей мортов. Кара опустила глаза в пол и постаралась убрать эмоции из голоса:

— Я ненавижу Асхара, это правда. Но я также поняла, что смогу переступить через ненависть, если он выполнит то, что когда-то обещал. Хочу уехать в Тардар. Я найду ему голову, а он даст мне билет в новую жизнь. Не хочу оставаться на этой земле, кому бы она в будущем ни принадлежала.

Наверное, у Кары получилось придумать правильный ответ, потому что Стафия от нее отвязалась. На том и расстались.

Зная, что ей предстоит, Кара не спешила, хотя солнце и клонилось к закату.

Постояла у мутных вод Первой речки, попыталась увидеть свое отражение, но поняла, что лишь тянула время. Ягар как-то сказал, что бывших убийц не бывает, и сейчас Кара была с ним полностью согласна.

Нужный дом в трущобах она выбрала по запаху. В нем умирали много и часто, и он был похож на давно сгнивший зуб, от которого остались одни корни. Внутри тянуло сыростью и бедностью. Кара склонилась над стариком, который давно забыл, сколько ему лет, но она-то его возраст видела в точности до дней и часов — до последних часов. Удивительно, что он прожил аж сто пять лет. У него давно никого не осталось. Все, кого он любил, и кто любил его, покинули этот мир. То был особый вид вселенской несправедливости: когда ты хочешь, но не можешь умереть. Ему оставались еще пять дней голодного существования, мук которого он все равно не замечал из-за болезни. В его голове росла опухоль — как у Карпа.

Сейчас Кара ничем не отличалась от Асхара и даже не пыталась приложить холодное к ноющей от боли совести. На поиски другой жертвы времени не было, к тому же, старый боевой купол мортов находился прямо под домом. Именно поэтому Тьма привела ее сюда.