Воин рухнул на пол, как велено, потом поднял голову, преданно глядя на Асхара. Кара поморгала, не уверенная, что видит правильную картинку. Человек был похож… на Ягара, только моложе, без морщин и шрамов. И с длинными черными волосами, забранными в хвост на затылке. Осанка и движения у него тоже были, как у молодого. Ее дед никогда не смог бы так ловко бухнуться на колени без последствий для суставов. И он был лысым — все время, что она его знала.

И все же то был Ягар. Кара даже не стала сильно уговаривать себя, что перед ней мираж или бред истощенного разума. Тьма и сердце не врали. Ее старик омолодился, исцелился и продался Асхару.

— Целуй сапог, — велел Ландэр воину и с довольным видом покосился на Кару. — Ты все правильно разглядела, это я омолодил твоего деда. Сатис нечаянно его убил, когда тот пытался сбежать, я же подобрал, сшил и воскресил. С формальной точки зрения — это еще один мертвец. Но ведь он по-прежнему тебе дорог, правда, Кара?

Ягар же, нисколько не смущаясь, согнул спину и принялся лобызать сапог Асхара.

Кара пристально глядела на эту сцену, пытаясь понять, что в ней не так. А еще она обратила внимание, что, войдя в темницу, Ягар не только плотно прикрыл дверь, но и запер ее на засов изнутри. И что на руках у него были плотные перчатки. Она сама такие использовала, когда имела дело с опасным материалом, вроде санкристия.

Потому, наверное, Кара и не удивилась, когда в живот Асхара снизу вверх вонзились два кинжала санкристия, вылетевшие из рукавов Ягара. Дальше в ход пошел обычный меч, которым Ягар методично разрубил опешившего Асхара на куски. Кара терпеливо сносила брызги крови, летевшие ей в лицо. Кровь для морта, своя или чужая, дело привычное.

Все произошло так быстро и с виду так просто, что голова не успела осознать происходящее. Миг — и вот уже Кару сняли с цепей, а заботливые руки деда, вернее, молодого мужчины, похожего на деда, укутали ее в одеяло. Еще секунда — и они в коридоре, усеянном разрубленными телами. Пока Асхар хвастался своими победами, Ягар кромсал мортов на куски, прокладывая путь к Каре. Самого Асхара дед не тронул, лишь разбросал сапогами порубленные куски тела по дальним углам. Не стал тратить время на то, что убить невозможно — пока. Но расчлененный Асхар означал отсрочку и время для побега, которое Ягар рассчитал по минутам.

Что происходило дальше, Кара помнила отрывками. Сначала тряска на плече Ягара, пока он бежал с ней по бесконечным коридорам, потом тряска на лошади, и она — поперек седла, но держал ее кто-то другой, Ягар же на черном мерине мчался рядом, бросая на Кару беспокойные взгляды. Не раз смыкались земля и небо, погружая мир во тьму, а потом ослепляя блеском — не всегда солнца. Назойливые изобильные молнии ослепляли глаза, каждый раз, когда она пыталась открыть их, а тело сжималось и вздрагивало от укусов крошечных ртов — то ли грызунов, то ли насекомых. Ветер дул с такой силой, что казалось, кожа оторвется от костей. Мир тонул в реве и громе: грохотали копыта лошадей, высекая искры по каменистому грунту, гремели небеса, плюясь огненным градом, кричали люди — ее и чужие. Однажды Кара увидела глаза Лэйна, беспокойно глядящие куда-то поверх ее головы.