— Ему проспаться надо, — пояснила Сорда. — И когда ж его только жэрэмэ заберет. Жду не дождусь, но, похоже, скорее я вместо него закончусь.

— Жэрэмэ? — переспросила Кара, подумав, что ослышалась.

— Жизнерушительная магия, — старейшина дернула плечом, словно сказала о чем-то грязном и лично ей неприятном. — Только опустившийся морт, вроде Ягара, может ее использовать. Не бери с него пример, девочка. Такие долго не живут, а в лесу тем более.

Она себе противоречила, потому что Ягар как раз считался долгожителем.

— А вы его там, на мельнице… — Кара не сразу подобрала нужное слово, — тоже жэрэмэ?

— Скажешь тоже, — фыркнула Сорда. — Дешевое мясо жирного навара не даст. Здесь только Купол помог. Мы сильно рисковали, но выхода не было. Нужно было твоего старика как-то успокоить.

— Сегодня утром Асхар Ландэр убил подростка, Карпа из Тогола, — сказала Кара, глядя ей в глаза. — При мне это было.

— Вечно ты куда-то не туда забираешься, — пробурчала старейшина. — Мельница — место ритуальное, памятное, даже и не такие впечатлительные, как ты, разное там видят. Мы туда стараемся только по крайней необходимости ходить. Со старых алтарей вечно плесень расползается, от которой дурман в голове. Что мы только с этой мельницей не делали. Плохо, когда над Куполом строение, в нем обязательно потом зараза всякая поселится.

Сорда несла чушь, но Кара уже поняла очевидное: старейшина была не на ее стороне.

— Карпа в город сегодня повезут, доктора ему нашли, — ласково произнесла женщина. — Точно конфету не хочешь? Повезло тебе не быть сладкоежкой. Я вот совсем без сладкого не могу.

— Значит, все правда? — перебила ее Кара. — Наша черная магия, боевые алтари, человеческие жертвы? Если не жэрэмэ, как вы деда остановили?

— Эх, нет в тебе уважения к роду нашему, — с ворчанием ответила Сорда. — Я сразу поняла, что от вас с дедом только неприятности будут, потому и не разрешила в деревне селиться. А надо было, вообще, гнать. Алтарь мы всегда держим в рабочем состоянии — на всякий случай, да только Асхару приспичило его «накормить». Он еще молодой, дурной. Но друзья у него хорошие, щедрые.

Кара решила не уточнять, что значит «рабочее» состояние алтаря, и как именно морты его «кормили». Если бы Сорда хотела их с дедом убить, давно бы так сделала. А раз разговоры ведет, значит, есть шанс.

— Давайте вашу конфету, — сказала Кара, раздумывая, не спросить ли в лоб, что именно Сорда от нее хочет. Но с такими, как старейшина, «в лоб» было нельзя. И так понятно, что прежней жизни не будет. Хотя бы потому, что у них с дедом теперь нет дома. А у Кары еще и будущего — ведь побегу было не суждено состояться.