— А вот и девчонка, — сказал знакомый голос, и Кара, не веря в то, что видит и слышит, уставилась на Лэйна Гильяхора. — Мы тебя заждались.

— Хватаем ее и сматываемся отсюда, — распорядился пожилой рыцарь в алом плаще, который вышел из-за деревьев вместе с Лэйном. — И так уйму времени потеряли.

Во взгляде Лэйна не было ни извинения, ни страха, ни ненависти. Одна пустота. Наверное, именно она и должна была смотреть из глаз предателя. А кем еще он был, если пару часов назад предлагал помощь в побеге, а сейчас вероломно громил их дом. Кара хотела выплюнуть слова о предательстве ему в лицо, но Лэйн отвернулся и махнул рукой другим рыцарям — мол, заканчивайте быстрее, сам же спрятался за своего бархентора, сделав вид, что копается в седельных сумках. Именно слово «спрятался» пришло ей в голову, когда она пыталась поймать его взгляд.

Все произошло стремительно, Кара не успела сделать ни шага.

Ягар, ее старик, который собирался умирать со дня на день, удивил ее, но особенно — рыцарей Сантаны, которые не ожидали такой прыти от восьмидесятилетнего деда. Ягар только что стоял скрюченный и убитый горем, но в другую секунду уже восседал на бархенторе, каким-то чудесным образом стащив с него всадника. Рыцарю тому подняться было не суждено. В тот момент, когда дед уверенной рукой метнул ему в горло нож, который вытащил из седельных сумок, Кара поняла, что назад пути нет. Убитый рыцарь Сантаны был той пропастью, которая разверзлась между ее будущим и прошлом. А в настоящем она зависла над бездной.

Еще секунда — и крепкая рука деда, схватив Кару за плечо, затащила ее в седло. Кара никогда не проделывала такого трюка прежде — запрыгнуть с земли на разъяренного коня, но тело сделало все, что требовалось, словно вспомнило нечто глубоко забытое, нечто, о чем вспоминать не стоило.

Бархентор брыкался недолго. Над головой Кары, приникшей к дедовой спине, пролетела стрела, но Ягар сунул в морду коню пучок каких-то трав, и больше бархентор не пререкался. Послушно помчал во тьму леса, оставляя на поляне дом, в котором Кара выросла и где чувствовала себя человеком. Цепляясь за деда, девушка твердо знала: ей придется стать мортом. После всего, что произошло, другого выхода не было.

— Лучше день прожить львом, чем десять тысяч — овцой, — крикнул ей дед, ловко направляя бархентора в одно ведомое ему направление. Впрочем, Кара вскоре узнала дорогу. Они направлялись не к дальней зимовке и не в деревни охотников. Позади уже раздавались звуки погони, но Ягар не сбавлял темпа. Он вел преследователей на Лысую сопку.