Как говорится, близкий сосед лучше дальнего родственника. В огромной консервной банке посреди бесконечной вселенной этот тезис и вовсе обретал некий неоспоримый сакральный смысл. А еще — огромный смысл имелся в расселении членов одного подразделения в разные каюты, отсеки и палубы на «Ломоносове». Я восхищался командиром экипажа, дурел от Баруха, дружил с Палычем и безмерно уважал Раису. Но если проводить много времени вместе — несколько недель подряд, да еще и в замкнутом пространстве медэвака, вместе спать, есть, испражняться и воевать изо дня в день… Даже самые распрекрасные люди начнут бесить.

Чтобы не заработать очередную психическую болячку, стоило хотя бы пытаться наладить отношения с какими-то другими людьми, никак не связанными с экипажем. А еще — искать варианты времяпрепровождения в одиночестве. Но это — на долгую перспективу. Пока что я, тяжело нагруженный разными вкусностями, шел в свою комнату, чтобы угостить соседей.

* * *

— … Сорока! Сорока, ты тут! Хвала богам! — Тарас Гайшун ворвался в комнату, подобно ракете. — О-о-о-о, меня сейчас разорвет просто, мне срочно нужно кому-то кое-что рассказать. Ты ведь не растреплешь? Ладно, пофиг, если растреплешь — так ему и надо. Рассказывать?

— Конечно, рассказывать! — обрадовался я. И тут же спохватился: — Только это… Смотри, что у меня есть! За всю эту войну на Мафане и Зазавави бонусов капнуло — мама не горюй, а еще — модификацию мне сделали. Я проставляюсь! Я б и выпить что-то взял, но не знаю где… Давай сядем, за столом посидим, пообщаемся. Евдоха из своего хрустального гроба вылезет — и его привлечем!

— Да-а-а-а! — оживился варяг. — Сосед, я тя люблю, честное слово. Это будет культурно. Это будет уже не сплетня, это будет часть застолья — и тогда вроде как все нормально. А пузырь я достану. Ты Евдохе напиши, что Тарас знает, где достать «спотыкач», и он точно вынырнет из аквариума. Это всегда работает. Давай — свяжись с ним…

— Погоди, а как? — удивился я. — Что, с ним связь есть?

— Ну, сообщение ему напиши! Мне и тебе на браслет приходит оповещение, а у него перед глазами оно появится, где бы он там ни был… — как малому дитю объяснил Тарас.

— А где он может там быть? — никак не мог врубиться я.

— Да где угодно: в лесу на охоте, на бабе своей, в магазине…

— Подожди, а…

— Все, я за «спотыкачом!» — сделал отсекающий жест сосед. — Давай, накрывай на стол и пиши Туйманову.

И убежал, чуть ли не вприпрыжку. Я включил терминал, нашел там среди своих контактов Евдокима Туйманова — моего соседа, который сейчас лежал в капсуле за моей спиной — и написал ему: