Тут он замолчал и подозрительно на меня посмотрел. А я сделал вид, что мне пофиг. И спросил совсем про другое:

— Ты вообще когда-нибудь видал доминионских эльфов?

— Э-э-э-э… По телику смотрел встречу в ООН, когда всю эту тему с Первым Контактом обнародовали. И потом на горной базе общался с одним лысым доктором, во время омоложения и коррекции, — Гайшун задумался. — На «Ломоносове» точно ни разу не видел. А во время гуманитарной миссии в одной покрытой песками дыре — Фасика, кажется, она называлась — там тоже была пара эльфов в черной броне. Как в кино, нахрен…

Кажется, такой мой заход его успокоил. Вопрос про эльфов он счел пустым трепом, в отличие от своей оговорки о будущем. Это тоже следовало мотать на ус: у Гайшуна лично, а может быть — у центурии «Волки Велеса» или у всей Третьей когорты имелись какие-то особые планы на время после войны. И делиться этими планами они не собирались, дорожа такой информацией куда сильнее, чем могло показаться на первый взгляд.

— Слушай, и у меня доктор был на базе… Вроде — лысый. С фиолетовыми глазами! — удивился я. — Он что там — один на всех?

Мы переглянулись. Вопрос как будто содержал в себе ответ, и мне показалось, что я нащупал что-то важное.

— Ладно. Давай приберемся тут, и я буду спать, — Тарас Гайшун хлопнул ладонями по столу. — Хорошо посидели, но «спотыкач» уже закончился…

Он резко встал и попытался предпринять какие-то активные действия, но тут его повело в сторону, и выражение лица Гайшуна резко изменилось. Сосед крепко ухватился за стол и сел на свое место.

— Сука, — сказал варяг. — Спотыкач. Теперь двигаться нужно очень осторожно, вдоль стеночки.

— Да ну, вон Евдоха ж как-то встал и до капсулы добрался! — возмутился я и решительно перевел свое тело в стоячее положение. — Ох, ёлки!

Каюта вокруг качнулась, на секунду мне показалось, что дредноут «Ломоносов» подбили коварные пираты или атаковали системные военно-космические силы, а потом я сообразил:

— Сука! Спотыкач!

— И-мен-но! Всякий раз забываю, как оно работает. А Евдоха наш — киборг, ему пофиг, — констатировал Гайшун. — Посидим еще немного, водички попьем. Отпустит минут через тридцать!

И, вопреки своим словам, он снова поднялся и решительно двинулся в сторону кровати, напевая себе под нос что-то мужественное: кажется, про орла Шестого легиона, который рвется к небесам. Что характерно, сосед до кровати добрался, грянувшись на нее лицом вниз, так, что его ноги коленками назад подлетели чуть ли не на полтора метра. Тут же раздалось богатырское сопение — сосед-«долбослав» уснул моментально, не обращая внимания на такие мелочи, как ушибленное лицо и нижние конечности, расположившиеся в весьма странной позе.