Внизу, во дворе крепости, ремесленники подогнали целый обоз сменного вооружения. Чтобы не допускать критического износа подвижных механизмов, я требовал более частой смены арсенала, да и стрелы мои снайперы расходовали очень быстро. Двое молодых ребят, лет по пятнадцать, в легких кожаных доспехах стаскивали со стен крючья и стрелы, обломившиеся наконечники копий и камни, пущенные из катапульт. Война-войной, а забывать о порядке в собственном дворе нельзя. Еще день, два и драгоценное железо втопчут в рыхлый снег, ищи его потом, а так ребятня с гордостью скажет, что, как и все, на равных участвовали в битве. И ведь будут правы, черт возьми! У меня даже швея-белоручка сейчас участвует в обороне города! Каждый при деле и потому им всем некогда бояться! Они видят, что у нас все получается! Что враг бессилен против пусть уже немного потрепанных, но все еще крепких стен Змеигорки. И дух их крепнет, а сердца пылают праведным гневом, за убитых и сожженных в Рязани людей.

В укрепленной части гостиного двора расположился госпиталь, прямо под навесом. Замкнутые помещения вредны для раненых. Требуется свежий воздух, и только когда все раны обработаны и забинтованы, покалеченного бойца можно утаскивать в теплое место. Некоторых раненых пришлось осмотреть самому. Уровень моей медицины куда более высокий чем у кого бы то ни было, но и она, обладая уникальными лекарствами и технологиями, не могла справиться со всеми видами ранений.

— Почему они еще не отступили? — спросил Александр, догнав меня как раз возле ворот во внутреннюю крепость. — Их потери огромны! Это бессмысленно и глупо! Твой разведчик говорил, что даже при небольших потерях во время осады, они сразу отступают и проходят мимо, разграбляя все вокруг!

— Вокруг больше нечего грабить. Им нужна эта крепость князь! Они знают, что ее невозможно сжечь. Это тебе не деревянная Рязань, или Онуз, что только подпали, вмиг займется. Им нужны мои припасы, технологии и богатства, которые я так опрометчиво, по мнению некоторых, демонстрировал тут перед каждой восточной рожей, что только появлялась на рынке города. Им нужен я! Как заложник, как вынужденный союзник, и носитель великой силы, о которой они имеют очень смутное, надо сказать, представление. Вот потому-то штурм пока не прекратится! Они использовали еще не все возможности. Реально, меньше чем за неделю полегло всего-то тысяч пять, может чуть больше! Это значительные потери, но не критические. По всей видимости, они знают, сколько у меня войск в распоряжении.

— И они не отступят⁈ — спросил молодой князь, не отставая от меня ни на шаг.