— Мартын! Со мной поедешь, одевайся. Возьми хлеба и сала в дорогу, топор большой прихвати, и арбалет не забудь. Наум! Остаешься на хозяйстве. Из дома ни шагу! Никого не подпускай и закрой ограду! Если не вернемся — уходи к родне! — но, увидев, как расстроено лицо юнца, я подмигнул ему как можно веселей: — Обязательно вернемся! — Мы поскакали вдогонку за отрядом боярина и вскоре, завидя пыльное облако впереди, сбавили бег наших лошадей.
Глава 7
7
Верховая езда, это конечно здорово, быстро, но очень травмоопасно, особенно если учесть тот факт, что в своей жизни я всего лишь пару раз сидел в седле, да и то на замученной кляче, которая не то что галопом, вышагивала с трудом по центральной аллее городского парка. После четырех часов непрерывной тряски я отбил себе все, что только можно было отбить. Ноги гудели, и казалось, выгнулись как раз по форме округлых лошадиных боков. Как я ни старался вставать в стременах, седло все равно догоняло меня и больно колотило в копчик и в пах. Боярин и его спутники, были вынуждены не раз и не два, останавливаться и ждать пока я нагоню их и, наконец, хоть немного, привыкну к седлу. Даже деревенский бугай Мартын сидел в седле куда лучше, чем я.
Под конец лошади уже утомились, а дорога поднималась в гору. Через речушку у пристани прошли мостом, стали подниматься к воротам по извилистой пыльной дороге, успевшей подсохнуть на весеннем солнышке. На нас почти не обращали внимания, порой просто без эмоций провожали взглядами, а то и вовсе будто не замечали.
Спустившись на землю у крыльца княжеского дома, я еще минуты полторы стоял, силясь разогнуться и немного прийти в себя после тяжелой дороги. Солнце клонилось к закату, ветер становился холодным и колючим, оставаться во дворе больше не хотелось. Взмокший от поездки я не хотел больше торчать на улице.
Княжеские палаты оказались хороши. Если прежде мне нравились даже деревенские постройки, то над работой в палатах правителя мастера постарались на славу. Я даже представить не мог, где они могли собрать столько огромных сосен для стен. Такие толстенные в диаметре не меньше восьмидесяти сантиметров на нижних венцах. Да и сам дом казался не иначе как высоткой, по современным меркам этажей в пять не меньше. Очень качественно отделанное, с резными вставками, ставнями, окнами с толстыми цветными стеклами оправленными свинцовым окладом. Добротный дом рассчитанный чуть ли не на пару сотен жителей. С искусно выполненными печами, украшенными изразцами с эмалью до самого потолка. Кондовые, мощные дубовые двери с засовами, уютные и обжитые помещения, довольно приятные не резкие запахи, не те что сразу бьют в нос в любой деревенской избе. Здесь чувствовался и запах благовоний, и добротной еды, и легкий аромат печного дыма и восковой, сладкий дух от множества горящих свечей.