— Мое почтение королева, — ответил Олав, — я высокого мнения о вас и вашем муже. Чту ваших предков! Я ваш верный слуга, и говорю о том, что видят мои глаза. В моих словах нет предательства или лжи. Мой дом здесь. Стоит на королевской земле, госпожа. И я прославляю духов-хранителей моего повелителя. Но не может ли быть так, что тот Квельдульв и есть ваш брат?

— Ключ от врат был только один, — задумчиво размышляла вслух Хильда, наморщив лоб. — Отец очень много говорил о славе предков, что возвысили нас от первых колен Бьерна. Быть может Квельдульв, о котором ты нам только что рассказал, потомок другого аса? Тюра, или Локи?

— Я спрашивал разрешения коснуться ключа, и тот, кто назвался Аритор, позволил мне это. Я держал его в руках, даже смог разглядеть древние руны, начертанные на кромке печати. Нет сомнений в том, что это подлинный ключ. Мало того, — предвосхитил Олав наметившуюся было реплику короля, — я узнал, что молодой конунг, которого мы знаем под именем «мудрый воин» с греческим именем означающем «победитель» — ученик Квельдульва, и почитает его наравне со своим отцом.

Король Урге прищурил взгляд, несколько секунд смотрел на удивленное и задумчивое лицо Хильды и, поднявшись в полный рост, громко произнес:

— Если все так, как ты говоришь, Олав Лесовик, и если тот, кто назвался Аритором действительно потомок Бьерна и брат моей жены Хильды, то я должен встретиться с ним и убедиться в этом лично. И коль откроется правда, то потомок великого рода, владеющий еще одним ключом от врат Валгаллы, получит свой трон. Клянусь богами, я стану его слугой, если тот пожелает! Вот мое слово!

— Красиво сказано, Урге, но что будут стоить слова, когда потомок асов явится в твой дом?

Вся королевская свита и сам король обернулись к темной стороне зала, откуда неспешно вышла на свет Эгиль. Кто-то из придворных тихо выругался, иные затаили дыхание, напряглись. Пара рослых стражников у дверей сдержанно отвернулись, сплевывая через плечо. Сам же король скривил недовольную гримасу и отвернулся от, словно ниоткуда, появившейся ведьмы в бессильном гневе. Шустрая, проворная и весьма властная старуха, довольная произведенным эффектом, забубнила гнусавым голосом:

— Род Бьерна не единственный, кто владел ключами от врат. Этот поход, если отправишься в него сам, не принесет тебе славы, мой король. Но если проявишь терпение и станешь ждать, то явишь миру истинное достоинство. Ночью руны мне поведали, что дому твоему следует готовиться к встрече гостей, и уже утром прибыл твой брат Ульвахам. Но теперь руны говорят, что сильным не время собираться в дорогу, времена неспокойные и настала очередь мудрых.