Арсеналом заведовал сержант Анатолий. Сержант Анатолий был киборгом на всю левую часть тела, и даже левый глаз у него был ненатуральный. А лицо было изуродовано шрамами так, словно пластическую хирургию еще не изобрели.
— Подбери ему что-нибудь, — велел штурмовик и удалился, поскрипывая левым нижним сервоприводом.
— Ты кто такой? — поинтересовался сержант. — Я тебя здесь раньше не видел.
— Я подкрепление, — сказал я.
— Довольно хлипкое подкрепление, — сказал он. — Что ж ты без своего оружия приперся?
— Оно было утрачено в бою по дороге сюда, — сказал я.
Тяжелой брони в арсенале, разумеется, не было. Никто не держит запас дорогостоящего оборудования, да в этом и нет смысла, ибо такие костюмчики — штука индивидуальная и подгоняются под каждого конкретного бойца. Скажем, я мог бы надеть броню посла, если бы дело в кабинете таки дошло бы до стрельбы, и мог бы в ней даже бегать и стрелять, но использовать все сто процентов функционала все равно бы не получилось.
Под неодобрительным взглядом сержанта я выбрал для себя комплект легкой брони, быстренько скинул бурнус и переоделся, а потом, убедившись, что все заняты отражением очередной попытки штурма и в подвале больше никого нет, двинул сержанта в многострадальную челюсть бронированным кулаком.
Если он переживет этот кризис, потом пусть поправляет все оптом.
Я переживал, что этого не хватит, но киборг оказался не таким уж крепким и рухнул на пол. На всякий случай я вколол ему лошадиную дозу транквилизатора из стоявшей тут же рядом аптечки, подхватил штурмовую винтовку, накинул обратно бурнус и двинулся к потенциальному лазу, по которому собирался выводить из посольства великую княгиню.
Делать тут мне больше было нечего.
Глава 20
Неожиданная имперская безалаберность меня удивила. Пустили в штурмуемое здание непонятно кого, стоило только цифровой подписью им помахать, отвели к послу, отвели в арсенал, дали броню и свободный доступ к оружию, и все это под присмотром пары штурмовиков или одного киборга, и посмотрите, к чему это привело.
Я-то ладно, узнал все, что мне нужно и дальше пошел, но что бы случилось, если бы я оказался врагом? Вырубил бы сержанта, взорвал арсенал, напал бы на них с тыла…
Ладно, допустим, местные такие схемы проворачивать не способны, но хотя бы к этому моменту имперцы уже должны были понять, что за тиграми революции могут стоят корпы, и если бы «Ватанабэ» заполучило в свои руки полковника Бояринова вместе с его перстнем, то состряпать легенду хотя бы для проникновения в посольство для них большого труда не составило бы.