Ничего так выкрутился, на твердую четверку.
Но деваться мне и впрямь было некуда. Армандо меня сдал, да и Консорциум в целом против имперской разведки не попрет, это и не их уровень тоже. Даже если я выберусь из отеля, даже если я выберусь с Четвертого кольца, и меня не похоронят в одном из многочисленных туннелей, то куда мне бежать дальше? Учитывая, что Армандо денег мне так и не перевел, задаток «наследников» ушел на погашение кредита, а фонд, из которого я черпал на оперативные расходы, сокращался с пугающей скоростью.
Устраивать новый раунд догонялок прямо сейчас мне не хотелось. А если я протяну следующие полгода, то за это время у меня должно появится хотя бы пара новых вариантов.
— Ладно, уговорил, — сказал я. — Где мне расписаться кровью?
Глава 5
— Если много лишней, вон там на стене распишись, — посоветовал Гриша. — Красиво и размашисто, как ты любишь. А остальные формальности мы как-нибудь попозже утрясем.
— Я предпочел бы заранее узнать все условия, — сказал я. — Особенно те, которые обычно прописываются мелким шрифтом.
— Откуда такая подозрительность? — театрально обиделся Гриша. — Слушай, я понимаю, что сейчас у нас не слишком хорошая репутация…
— Да с чего бы?
— … но, поверь мне, быть нашим другом куда безопаснее, чем нашим врагом.
На этой стадии все вербовщики так говорят. Неприятные подробности выясняются чуть позже. Например, когда тебя отправляют на задание, с которого ты гарантированно не вернешься, даже если тебе расскажут все подробности.
— Что теперь? — спросил я. — Пойдем покупать билеты на Дальний Новгород, или твой непосредственный начальник генерал Макаров сидит тут же на Муравейнике, только уровнем выше?
— К генералу Макарову мы всегда успеем, — сказал Гриша. — Для начала я хотел бы прояснить кое-что тут, на месте. На чем закончился твой сегодняшний разговор с Торресом?
— Договорились встретиться завтра в то же время, — сказал я. — Он переведет мне деньги и предложит новое задание.
— Так до конца и не понимаю, зачем в наше время для таких вещей нужно встречаться лично.
— Чтобы удостовериться, что исполнитель — все еще тот самый парень, — сказал я.
— А что, бывали прецеденты? — заинтересовался Гриша.
— Полагаю, если бы их не было, это правило вводить никто бы не стал.
— С другой стороны, а какая разница, тот это парень или не тот, если дело все равно сделано? — спросил Гриша.
— Риски, репутационные издержки…
— Да брось, — сказал он. — Весь этот ваш Консорциум — это шарашкина контора мелких жуликов, и мы до сих пор его не разнесли только потому, что иногда услугами этих самых жуликов сами пользуемся. Ну, ты знаешь. Я думаю, личные встречи — это вообще не про репутацию и не про риски, это просто еще один способ контроля. Заставляя вас мотаться через пол галактики, они лишний раз напоминают исполнителям, кто тут главный.