Мнения разделились, и споры доходили до хрипа, но обходилось все без рукоприкладства, хоть и казалось, что некоторые были не против почесать свои кулаки о лица оппонентов.

Походу здесь рассматривалось два варианта: идти на Волгу грабить речные караваны под руководством какого-то атамана Черного или отправиться под руку атамана Черкаша, который собирает людей для похода на османские земли.

Большинство, как я видел, желали податься к Черному, а вот на осман идти хотели совсем немногие казаки. В основном к ним почему-то рвалась молодежь.

Честно сказать, интересно было наблюдать за поведением собравшихся, очень уж своеобразно они себя вели, и довольно скоро мне стало понятно, что все здесь делились на определенные группы по интересам.

Нет, это не было связано с будущим походом, скорее, казаки делились по возрасту и, наверное, социальному положению.

Главную же скрипку здесь играли старейшины, о чем-то негромко разговаривая в тесном кругу посреди этого людского водоворота.

Ещё я для себя отметил вот что: количество собравшихся явно не соответствовало размерам слободы. Говоря другими словами, здесь собралось гораздо больше казаков, чем проживало в поселении, и это меня неслабо заинтересовало.

К сожалению, из памяти парня я ничего по этому поводу почерпнуть не смог, а спрашивать не рискнул. Всё-таки я чувствовал себя здесь чужим, тем более что время от времени ловил устремленные на меня недоуменные взгляды, из-за которых чувствовал себя не совсем в своей тарелке.

Наверное, больше часа ничего не происходило, и я даже заскучать успел, несмотря на интерес к некоторым невольно подслушанным разговорам. А потом среди старшин наметилось некоторое шевеление, и к собравшимся обратился здоровенный рыжебородый казак.

Мне с моего места не видно было, куда он залез, чтобы его видели все собравшиеся, но возвышался он над всеми не меньше, чем на полкорпуса.

Говорил он негромко, но из-за мгновенно наступившей тишины слышали его все прекрасно.

Он короткими рубленными фразами обозначил, что в этом году в слободу прибыли сразу два представителя уважаемых атаманов, которые зовут присоединиться к ним в походах.

Коротко поведал об этих самых атаманах, а потом и о том, куда каждый из них поведет свои отряды.

После этого, выдержав крохотную паузу, хмуро оглядел собравшихся и добавил или, скорее, напомнил, что голосовать за поход могут только те казаки, кому не нужно оставаться на охране поселения и предложил тем, кто не пойдёт в поход, переместиться на правую от него сторону площади.

Само голосование прошло предельно просто: те, кто поддержал поход с Черным, двинулись на левую сторону площади, а те, кто хотел идти к Черкашу, направились в центр.