— Проживу и одна. А весточку с московскими ратниками можно будет родным передать? Я письмо напишу и сама оплачу труды по его доставке родителям.
Я на это только плечами пожал и ответил:
— Можно, наверное, договориться, только на чем это письмо написать и чем?
— Есть чем, не переживай. Пойду тогда сразу и напишу.
Я, слегка охреневший, смотрел, как она, уже не слушая продолжавшего распинаться Святозара (а он в этот момент обещал девчатам, которые решатся остаться, самых лучших на свете женихов), направилась сначала к жене Ильи, что-то ей прошептав, а потом прямиком в схрон.
Только когда она исчезла из виду, до меня дошло, что найти она письменные принадлежности могла только в переметных сумках, которые она вынесла из татарского лагеря, и если это так, то снова возникает вопрос: что же это за татары такие были? Помимо этого несомненно важного вопроса появился и другой, чуть ли не ещё более важный: кто же ты такая, что даже грамоте обучена?
Святозар между тем закончил свою речь и напоследок произнес, указав на меня пальцем:
— Кто решит остаться у нас, поживете пока несколько дней здесь, а Семен за вами присмотрит. Сейчас те, кто хочет вернуться домой, подходите к лодкам, а кто остаётся, отойдите к Семену.
Кузнец, успевший пошептаться с женой, тут же пошел ко мне, и за ним, естественно, отправилось его семейство. Из схрона шустро выскочила синеглазка и, стрельнув в меня своими глазищами, тоже подошла ко мне, все остальные, как и следовало ожидать, направились к лодке. Я же про себя матерился и задавался одним простым вопросом «за что мне все это?».
Покосившись на синеглазку, отчётливо понял: если она снова залезет на ночь ко мне под бок…
.
Глава 19
Пока девчата, подняв гвалт, грузились на лодки, я подошёл к Святозару и спросил:
— Девка, которая остаётся, просит передать с московскими ратниками весточку её родителям, сейчас вон письмо пишет, сделаешь?
— Письмо, говоришь, пишет? Девка? — неслабо так удивился Святозар. — А кто она такая? Кто у неё родители?
— Я не спрашивал, да и какая разница?
Святозар посмотрел на меня как на умалишенного и ехидно так ответил:
— Есть разница. Вдруг она какая-нибудь боярская дочка, проблем потом с ней не оберешься.
— Да хоть царская, какая разница. Захотела остаться, так кто ей указ, у нас же тут вольные люди живут.
Святозар как-то задумчиво на меня посмотрел, немного подумал и произнес:
— Вот как мы с тобой поступим. Сейчас перераспределим девок и рассадим их по двум лодкам, а третью оставим тебе. Как напишет это свое письмо, сам привезёшь его в слободу, я там тебя встречу и помогу переговорить с кем нужно. Ты только все же спроси у неё, кто её родители и где их искать, чтобы подобрать нужного человека, которому будет проще доставить весточку.