— Какой Зойки?

— Ну, или Верки, это я так, к слову. В деревне все на виду. Вы, Никита Егорович, никогда не жили в деревне?

— Не приходилось как-то. Даже проездом не задерживался. Из своего родного провинциального городка еще в молодости в Москву попал, да так там остался. Прижился.

— Не зря говорят, — пошутил я. — От сумы, от тюрьмы и от Москвы не зарекайся!

Мы зашли в дом.

— Это что получается, Никита Егорович? — всплеснул руками Катков. — Они сумасшедшие?

— Не думаю, — ответил следователь. — Больше похоже на фанатиков.

— Скорее всего, — вмешалась Света, — это что-то вроде секты.

Света была права — попахивало культом и групповым помешательством. Сейчас секты не слишком распространены. Возникновение гуру различного пошиба — явление в СССР скорее экзотическое (если не считать за гуру сам ЦК КПСС). Это потом, в девяностых их станет, как грибов после Чернобыльского дождичка.

Что общего между сомнительными религиозными культами, сетевым маркетингом и тренингами по личностному росту? Все они строятся по принципу секты. Во главе авторитетный лидер, чьи слова и действия не подвергаются критике и не оспариваются. Только этот лидер обладает исключительными сверхзнаниями, которые способны «перевернуть жизнь», раскрыть глаза и дать прочие плюшки в виде вхождения в когорту избранных, успешных, у которых много баб, яхт или есть способность обрести жизнь после тотального постапокалиптического казуса, когда мир рухнет, и все, кто не с ними, неминуемо сгинут.

Еще характерным признаком секты является требование к адептам (послушникам, последователям) полного самоотречения. От человека добиваются постоянной и абсолютной вовлеченности в дела сообщества.

— Поздравляю, товарищи, — Горохов довольно потирал руки. — у нас появился первый подозреваемый в пропаже женщин. План такой. Завтра у него сходка. Всей гурьбой туда наведываться смысла нет. Значит, так… Пойдет Светлана Валерьевна, как психологу ей нужно понять, что это за пингвины такие полярные в Мохово объявились, и с ней пойдет… — следователь задумчиво обвел нас взглядом.

— Можно я? — будто школьный отличник, что всегда знает урок, Алексей потянул руку вверх.

— Нет, Алеша. Пойдет Андрей Григорьевич, разнюхает, что да как, а от тебя какой там прок как от криминалиста? Следов на собрании искать не нужно.

Катков не сдавался, он твердо решил проявить себя.

— Но я могу помочь Светлане разобраться в устройстве этого псевдосоциума, — гнул он свое.

— Ишь ты! Словами какими умными загибаешь. Нет, — покачал головой следователь.– Мы с тобой, Алеша, людей местных поспрашиваем, что за целитель тут нарисовался. Чем живет и чем дышит. И почему нам доблестный участковый Полищук ничего про него не рассказывал?