Судя по всему, Светино платье сшито на заказ. Выпустить в массовое производство модели, разработанные советскими дизайнерами, невозможно. Заводы легкой промышленности клепают продукцию по накатанной и ничего не хотят менять. Старое оборудование всех устраивает, а отсутствие конкуренции поставило на поток производство незатейливых унифицированных моделей. Плановая экономика вкупе с идеологией выработали постулат — советский человек должен выглядеть скромно и просто. Мода существовала, но она не стала общедоступной.

Соня с завистью (а может, это была и не зависть вовсе) поглядывала на Светино платьишко. Я даже немного разозлился на психологиню. Могла бы и попроще что-нибудь надеть для перелета. Какой-нибудь бесформенный спортивный костюм, например. Но сегодня жарко. Август в Новоульяновске выдался мягкий и теплый. Только Катков и Горохов, как всегда, парились в своих неизменных костюмах из шерсти мериноса, хотя, судя по цвету, сделаны они были из мышек.

Нас встретил еще и Погодин. Он подошел чуть позже. Начальник УВД Новоульяновского горисполкома отрядил ему служебную «Волгу» для такого случая.

— Здравствуйте, Никита Егорович! — Федя в первую очередь бросился трясти руку следователю, будто не я его лучший друг, а он. — Рад, что вы вернулись в наш город!

— Не могу сказать тоже самого, Федор Сергеевич, — нахмурился Горохов. — Повод для возвращения совсем невеселый.

— Да. Глеб Львович был уважаемым человеком в городе, — кивнул Федя. — Жаль его.

Но лицо Погодина не омрачилось. Ему очень импонировало, что Горохов помнит его по имени и отчеству, хотя почти два года уже прошло.

Наконец, Федя подошел ко мне, мы обменялись крепкими рукопожатиями.

— Ты что сияешь, как люстра? — спросил я.

— Ну, как же? — пожал тот плечами. — Вместе опять работать будем. Ты же попросишь, чтобы меня к вам прикрепили? Да? Как в прошлый раз.

— Конечно, только оно тебе надо? Ты сейчас по какой линии инспектор розыска?

— По кражам, — вздохнул Погодин. — Понимаю, что сложно будет по убийству работать. А потом вы уедете и куча висяков имущественных по моей линии накопится и бумажек всяких, что разгребать придется, но все равно с вами хочу…

— Добро, я бы обиделся, если бы ты так не сказал, — улыбнулся я.

Соня тоже особо не расстроилась из-за смерти авторитетного законника. Лично она его не знала, а только радовалась моему прибытию.

Погодин отвез группу в гостиницу «Октябрь», а мы с Соней поймали такси и выдвинулись в мою общагу.

— Я вина купила, — шепнула Соня, прижавшись ко мне на заднем сиденье авто. — Карабахское белое. Бутерброды со шпротами сделаю и салат какой-нибудь на скорую руку.