— Час на отдых и душ, — распорядился Горохов, — а потом встречаемся в холле. Приедет машина из местного ГУВД и отвезет нас в управление. Там нам выделят кабинет для работы. Я приму дела к производству, и начнем работать прямо с сегодняшнего дня. Сто лет не расследовал имущественные преступления. Это подследственность милиции, а не прокурорских работников, — мечтательно проговорил следователь. — Не думал, что окунусь в это снова…

* * *

— Ну, где машина, Никита Егорович? — пыхтел Катков, озираясь по сторонам и высматривая с крыльца гостиницы служебную «Волгу».

— Ничего не понимаю, — Горохов хмурился и поглядывал на наручную «Славу». — Уже как минут двадцать должна здесь быть.

— Может, пешком дойдем? — предложил я. — Тут недалеко. Пара-тройка километров по проспекту Ленина, вдоль реки.

Горохов вскинул на меня бровь:

— Ты бывал в этих краях?

— Нет, у нас в номере карта города оказалась. Может, из жильцов кто прошлых оставил. Изучил наспех, — не буду же я ему говорить, что частенько командировался в Волгоградский институт МВД (а впоследствии — Волгоградскую академию) на факультет переподготовки кадров для повышения квалификации.

Благодаря таким учёбам многие сотрудники из нашего УВД смогли воочию увидеть одно из семи чудес России — Мамаев курган и Родину-мать с мечом.

— Нет! — пыхтел сигаретой Горохов. — Уж дождемся! Что за бардак?.. Где этот бездельник-водитель? Ну, я ему устрою.

Минут через пять к крыльцу подкатило разве что корыто в виде блеклой (когда-то цвет был насыщенно-красным) копейки с треснутой фарой, а нашей Волги до сих пор не было. Водитель копейки выходить не торопился. Сидел и ждал. Очевидно, тоже за кем-то приехал.

Нам оставалось стоять и ждать. От нечего делать я включил режим Шерлока.

Интересно, за кем отправляют такой рыдван? Наверное, за какими-нибудь участниками конференции из НИИ аграрных проблем, а может, за участниками слета экологов или другими доцентами.

Из копейки вылез долговязый парень. Я пригляделся. Ё-моё! Так он же в форме рядового.

— Похоже, это за нами, — кивнул я на трясущуюся от работы двигателя колымагу. — Только что-то это не «Волга» вовсе, — подначил я Никиту Егоровича.

Тот обернулся, потер сначала один глаз, потом второй, будто сие действие волшебным образом могло превратить красную тыкву в карету.

— Не понял? — недокуренная сигарета вывалилась изо рта Горохова.

Парень подошел к нам, вид у него был грустный, прямо как у машины:

— Извините, товарищи, это не вы группа Горщенковых? Меня их отправили забрать.

— Представься как положено, — выдохнул от возмущения Горохов. — Не можешь выучить фамилию тех, кого встречаешь?