— Что вам нужно?

— Извините, — я достал удостоверение. — Я по поводу ваших соседей из тринадцатой квартиры. Можно поговорить?

— Умерли они… — бросила та и хотела закрыть дверь, но я мягко подхватил ее за ручку и не дал захлопнуться.

— Я знаю. И это очень странно. У меня будет несколько вопросов.

— А мне какое дело? — устало и без злобы проговорила хозяйка квартиры.

Дверь она больше закрыть не пыталась, но создавалось ощущение, что буквально каждое слово разговора со мной дается ей с трудом. Через силу.

— Прошу прощения, но возможно, это окажется связано и с вашей дочерью… Когда она заболела?

— А… Эта старая сплетница уже растрезвонила, — Вера отрешено кивнула на квартиру Людмилы Петровны. — Везде сует свой нос…

— И все-таки, расскажите, пожалуйста, подробнее о болезни вашей дочери.

— А вы что, врач? Вы же из милиции.

Хозяйка четырнадцатой квартиры уже и не знала, какие силы могут меня прогнать с ее порога. Я привык не сомневаться, но все-таки мне было жаль настаивать сейчас на беседе.

Сделав небольшую паузу, я произнес чуть тише:

— Я тот, кто, возможно, сможет вам помочь. И врача, если надо, найду нормального…

— Входите, — дверь брякнула откидывающейся цепочкой.

В квартире полумрак. На улице сумерки, но свет хозяйка включать почему-то не торопилась.

— Только тише, — прошептала она. — Доченька спит. Всю ночь ее рвало. Вот только сейчас уснуть удалось.

— Всю ночь? Так вам в больницу срочно надо.

— Не верю я уже нашим врачам. Сколько раз скорую вызывала, послушают, пощупают. Мол, отравление пищевое, ничего страшного.

— И давно все это у вас началось?

— Да уже несколько месяцев. Как сюда переехали, под новый год это было.

— Ясно. А комната вашей дочери где находится?

Хозяйка тихо махнула рукой.

— Вон там, где дверь закрыта.

— То есть, она граничит с тринадцатой квартирой?

— Да.

— Черт…

— Что такое? — встрепенулась Вера.

— Пока сам еще не знаю, спасибо вам большое. Я еще вернусь. До свидания.

Я вышел на площадку и прямиком направился к двери квартиры Людмилы Петровны. Нажал на кнопку звонка. Дверь открылась мгновенно, старушка, очевидно, стояла под ней и осматривала окрестности через глазок.

— Извините, это опять я. Готов выслушать вас про переход бесовой метки из квартиры в квартиру.

— Ты же только что говорил, что не веришь, — ехидно сощурилась бабуля.

— Каждый имеет право на ошибку, — примирительно улыбался я. — Поговорим? И ещё — не знаете, никто из соседей комнату не сдает? Если нет, то гостиница в вашем городе имеется?

— Так ты не местный, что ли? — удивилась хозяйка.

— Командировочный. Из Москвы.