- Хочу быть с тобой, - ответил он.

Карета тронулась. Петербург оставался позади - золотые купола, гранитные набережные, дворцы, в которых она танцевала, кланялась, улыбалась, доказывала, что она достойна.

- Не оборачивайся, - сказал Дмитрий.

- Почему?

- Потому что все хорошее впереди.

Она посмотрела на него, потом - в окно. Город медленно таял в утреннем тумане. Софи почувствовала, как что-то отпускает внутри. Страх. Напряжение. Постоянное ожидание удара.

- Что ты чувствуешь? - спросил он.

- Свободу, - ответила она. - Впервые - свободу.

Он поцеловал ее - нежно, долго, как будто хотел передать ей всю свою силу.

- Впереди Москва, - сказал он. - А потом - наше имение. Леса, поля, тишина. Ты будешь учить русский, я - учить тебя любить эту землю.

- Я уже люблю, - сказала она. - Потому что ты - на этой земле.

Он улыбнулся, прижал ее к себе.

Карета покачивала, за окном проплывали поля, деревни, березовые рощи. Петербург остался позади. Впереди была новая жизнь. Без дворцов, без сплетен, без вечных спектаклей.

Только он. Только она. И любовь, которую они ждали десять лет.

Глава 34. Дом

Глава 34. Дом

Глава 34. Дом

Санкт-Петербург - Московская губерния, сентябрь 1816 года.

Дорога от Петербурга до Москвы заняла четыре дня. Карета покачивала, за окном проплывали бесконечные леса, поля, деревни с покосившимися избами и золотыми куполами церквей. Софи смотрела на эту землю и чувствовала, как что-то в ней меняется. Она переставала быть чужой. Или, может быть, просто уставала быть чужой.

Дмитрий большую часть пути провел рядом с ней - держал за руку, рассказывал о местах, которые они проезжали, о войне.

- Наш корпус прикрывал петербургское направление, - сказал он, указывая на поле за окном. - А после того как французы заняли Москву, нас перебросили под Бородино. Помню, как мы маршировали туда ночами, чтобы успеть к генеральному сражению.

- Ты был в том бою? - спросила она, затаив дыхание.

- Был, - коротко ответил он, и его лицо стало жестче. - Но сейчас не время об этом. Не здесь.

Москва встретила их колокольным звоном и запахом пыли. Они остановились на один день в доме дальнего родственника, чтобы сменить лошадей и отдохнуть. Софи не поехала осматривать достопримечательности - усталость давала о себе знать. Только выглянула из окна экипажа на купола Кремля, мелькнувшие за поворотом, и подумала: «Какие же они золотые, даже сквозь дымку».

- Москва большая, - сказала она.

- Здесь старая столица, - ответил Дмитрий. - Петербург - это Европа, а Москва - Россия. И душа у России здесь.

Они выехали из Москвы рано утром. Теперь дорога стала уже, поля - еще просторнее, леса - темнее. К вечеру третьего дня карета свернула с большой дороги на проселок, и Софи увидела вдалеке усадьбу.