После его слов у меня заныли локти и плечи — боль от второго погружения в диадему ещё не прошла. Но, зная деда Валю, я не купился на это.

— Чего молчишь?

Он поднял голову и, прищурившись, посмотрел на меня.

— А, это ты, — он поморщился. — С тобой скучно.

— И что же вы хотели мне предложить? — заинтересовался я. — Куриный помёт?

— Почти угадал, — хохотнул старик. — Ладно, чё припёрся?

Его взгляд профессионально прилип к пакету с бутылкой.

— Снова пришёл мои драгоценности задаром забирать?

— Нет, хочу заглянуть к вам и проверить, нет ли у вас лишней мины.

— Ты мне тут не болтай, — погрозил он мне пальцем. — Давай сюда бутылку и иди. Место ты знаешь.

Я подошёл, положил на стол пакет, и бутылка тут же телепортировалась в руку старика. Он жадно присосался к ней.

Пройдя на склад, я огляделся и присвистнул.

— Вижу, у вас новое поступление, — громко сказал я.

— Да-да, — пьяно отозвался старик и рыгнул. — Один барончик подох, а его семья тонет в долгах, вот они и решили распродать часть всякого барахла. Предупреждаю сразу — задёшево я тебе ничего не отдам.

Не ответив, я с интересом начал рассматривать товары старика. В основном тут, конечно, был всякий хлам — сломанные предметы, украшения, ржавые доспехи, клинки — но встречались и весьма интересные экземпляры.

— Кстати, — вдруг крикнул старик, — иди-ка сюда!

Я обернулся и увидел, как тот вытаскивает из-под прилавка птичью клетку, в которой сидела жирная белая крыса с красными глазами.

— Вот, дарю, забирай всего за десять талеров, — он поставил клетку на стол и повернулся ко мне. — Давай, забирай, чего стоишь?

Я опешил.

— Не нужна мне крыса.

При взгляде на этого грызуна мне вспомнился недавний бой, где я сражался один против целой стаи крыс. Никакой симпатии к этим тварям я не испытывал. Тем более эта крыса какая-то странная. Во-первых, она почему-то очень жирная. Я вообще не знал, что грызуны могут быть настолько жирными, — она даже не могла нормально встать, настолько у неё были большие бока. Во-вторых, мне совсем не нравились её глаза — слишком уж они злобные.

— Десять талеров, — повторил старик. — Крыса редчайшая, супер-экземпляр. Задаром, можно сказать, отдаю.

— Да не нужна мне твоя крыса, — отмахнулся я и вновь начал осматриваться.

Меня гораздо больше интересовали предметы вокруг. Я зацепился взглядом за карманные часы с треснутой крышкой, на которой была высечена красивая серебряная сова.

— Если не возьмёшь крысу, ничего тебе не продам, — заявил старик.

— Ты чё, совсем, что ли, бухой?

Я повернулся к нему. Старик и правда был сильно пьян. Он стоял, держал бутылку и, прищурившись, смотрел на меня.