— А вот это очень хорошо и правильно, что ты сейчас сказал, — одобрительно кивнул Сталин, оценив мой дипломатический расчёт. — Я думаю, этот важный организационный вопрос мы с Лаврентием и Василием чуть позже детально обсудим. Ну а на сегодня, если у товарищей специалистов больше вопросов нет, будем прощаться. Государственные дела не ждут.

Иосиф Виссарионович медленно обвёл нас всех своим тяжёлым, проницательным взглядом и, по очереди крепко пожав нам руки, неторопливым шагом покинул кремлёвский кинозал. Лаврентий Павлович Берия бесшумной тенью проследовал за ним. Едва тяжелая дубовая дверь за вождями закрылась, Панин с Глязером синхронно и облегчённо выдохнули, словно у них с плеч свалилась многотонная гора.

Николай Александрович повернулся ко мне, и в его глазах за стёклами очков загорелся живой, нетерпеливый интерес:

— Владимир… Молодой человек, если вы сейчас не слишком утомлены и не против нашего общества, может, мы где-нибудь присядем в спокойной обстановке и обстоятельно поговорим? У меня к вам миллион вопросов по биомеханике прыжков!

— Я только за, Николай Александрович, — искренне улыбнулся я, подхватывая свой рюкзак. — Предлагаю поехать прямо ко мне в гостиницу, в наш ведомственный люкс. Там нам точно никто не помешает, и мы сможем спокойно, без лишних глаз пообщаться. Василий Иосифович, — я повернулся к замершему рядом генералу, — вы, как официальный глава нашей спортивной делегации ВВС, не будете против такого спонтанного предложения?

— Поехали, — Василий Сталин азартно ухмыльнулся, поправляя портупею. — Я только за. Заодно по дороге расскажешь мне подробнее, как мы канадцев их же гибкими клюшками крушить будем! На выход, товарищи!

Через полчаса мы уже чинно расселись в глубоких кожаных креслах моей просторной гостиной. Напряжение кремлёвского кинозала окончательно спало, уступив место деловому азарту.

Николай Александрович Панин-Коломенкин внимательно обвёл нас всех своим мудрым взглядом и неожиданно предложил вещь, которая меня изрядно и приятно удивила:

— Товарищи, поскольку нам теперь предстоит делать одно грандиозное общее дело государственного масштаба, я предлагаю отбросить весь этот сухой официальный этикет. Давайте перейдём к неформальному общению на «ты» и строго по именам! Так будет гораздо проще и быстрее работать.

Мы с Василием понимающе переглянулись и синхронно кивнули в знак полного согласия.

— Ну а теперь, — Панин-Коломенкин оперся ладонями на подлокотники кресла, — кто нам подробно расскажет, что конкретно вы там в своей Чите и Москве задумали? Какова стратегия?