— Рад за них. И что конкретно это знание мне сейчас должно дать? — я безразлично повёл плечом.

— Ну как же… Вот они как раз официально требуют, чтобы я прямо сейчас взял и отдал тебя в их распоряжение, в сборную общества.

— А мне это, простите, зачем? — я язвительно приподнял бровь. — Что они такого уникального могут мне дать в плане техники, чего я сам не знаю? На коньках стоять научат?

— Товарищи, вообще-то мы стоим прямо здесь и всё прекрасно слышим! — глубоко возмутилась Лариса Новожилова, чьё лицо от такой неслыханной дерзости пошло пунцовыми пятнами.

Я повернулся и удивлённо, смерив её оценивающим тренерским взглядом с ног до головы, применил излюбленный приём психологического давления:

— Товарищи… А вы вообще сюда зачем пришли, если не секрет? Кто вас звал?

— Посмотреть, как вы катаетесь, и оценить ваш уровень! — резко, звенящим голосом ответила Лариса.

— Ну вот! Правильно же я понимаю ситуацию, Василий Иосифович? — я снова хитро зыркнул на генерала. — Люди пришли просто посмотреть.

Василий Иосифович, окончательно сдаваясь, весело кивнул в знак полного согласия.

— Так вот и стойте у бортика, и молча смотрите, — отрезал я, разворачиваясь лицом к центру площадки. — И зачем тогда к нам лезть со своими местечковыми хотелками и портить людям праздник? Дядя Серёжа, запускай Вивальди! Шоу начинается!

Глязер от такой неслыханной дерзости окончательно потерял самообладание. Его лицо перекосилось от возмущения:

— Молодой человек! Мы, признаться, были готовы закрыть глаза на ваши провинциальные манеры и взять вас на полноценное обучение к лучшим мастерам столицы… Но с вашим скверным, вызывающим характером всякое желание помогать вам пропадает начисто!

— Товарищ Глязер, давайте мы поступим следующим образом, — я резко перешёл на свой привычный, веский тон взрослого главного тренера, от которого у любого спортсмена будущего подгибались колени. — Вы сейчас спокойно присядете на трибуну и внимательно посмотрите. А вот в самом конце, если у вас всё ещё сохранятся какие-то профессиональные вопросы, вы чинно подойдёте к руководителю спортивного общества ВВС товарищу Сталину и лично зададите их ему. Если мы на этом исчерпали наше маленькое недопонимание, то я, с вашего позволения, займусь тем, ради чего мы сюда из Читы приехали. Дядя Серёжа, пожалуйста, будь наготове. Как только я кивну — начинаем со «Шторма».

И, даже не дожидаясь ответа онемевшего от такой наглости Самсона Вольфовича, я развернулся и упругим, размашистым шагом поехал на самую середину катка.

Маловата площадка, что и говорить — развернуться в полную силу и заложить широкие дуги здесь физически негде. Зато искусственный лёд в манеже Марьиной Рощи оказался весьма недурственным: плотный, гладкий, без единой зазубрины. Для моих целей вполне сгодится.