Дриада выпрямилась и посмотрела в темнеющее небо. Ветви дуба качнулись без ветра, отозвавшись на её безмолвный вопрос.

— Здесь нет деревьев, которые могли бы остановить врага, — произнесла она задумчиво. — Старый дуб слишком мудр, чтобы калечить людей. А молодые — слишком слабы. Но трава… трава может запомнить. Лоза — зацепить. А пыльца — пометить так, что не смоешь.

Она замолчала, обдумывая собственные слова, и когда она обернулась ко мне, и глаза её снова стали серьёзными.

— Я уже поняла, что даже в лесу не смогу противостоять врагам, но если ты прав и это одни и те же люди, у меня есть, что тебе предложить. Выбирай с умом, Марк Винтер.

— Говори, — я сжал пальцы в кулаки.

— Первое самое простое, — Линелия коснулась пальцами травы у края ступеньки. — Я могу уговорить здешнюю траву запоминать следы. Кто бы ни прошёл вдоль забора или через двор — трава сохранит отпечаток на сутки. Потом я смогу прочитать его и понять, кто шёл и куда. Правда, — она поджала губы, — если человек выйдет на дорогу, след пропадёт. Камень и пыль ничего не помнят.

Я кивнул медленно.

— Уже что-то. Что ещё?

— Вьюн-цеплянка, — дриада повернула ладонь вверх, и над кожей затанцевала искорка, напоминающая семечко. — Он бросается на чужого и оставляет на одежде волокна или даже может вырвать клок. Растёт он не быстро, чтобы оплести калитку, понадобится не меньше трёх дней. Думаю, тебе нужно будет три таких ростка.

— Он может потом расползтись по всему забору?

— Сможет, дай ему время, — кивнула дриада. — И последнее, что я могу тебе предложить, это пыльца ночного мха. Её особенность в том, что она оседает на обувь и одежду. Днём невидима, в лунном свете — светится, а водой её не смоешь. Я бы и мох тебе сейчас дала, но почему-то моя магия не может достать его с другого конца леса. Схожу за ним сама, заодно и проверю. Что-то случилось, а что именно, мне пока непонятно.

Она сложила руки на коленях и посмотрела на меня — выжидающе, без обычной лёгкой улыбки. Вопрос выживания касался нас обоих, и когда я разберусь с князем, и для дриады пропадёт проблема с порчей леса. Если, конечно, я прав и это всё дело рук князя.

Я поднялся со ступеньки. Бекон недовольно мяукнул от моего резкого движения и спрыгнул на землю, недоумённо глядя на меня.

— Делай всё, что можешь, — сказал я твёрдо. — Сейчас любые средства нам в помощь.

— С травой я договорюсь немедленно, — Линелия кивнула и поднялась, отряхнул платье от невидимых пылинок. — Она живая и послушная. Пойдём.

Она двинулась вдоль забора, ведя ладонью над травинками, почти касаясь их. Мы все втроём пошли за ней, внимательно наблюдая, как каждый листик дрожит под её пальцами. Бекон всё время выскакивал вперёд, принюхивался, чихал, но судя по морде, так и не понял, что делала дриада.