В любом случае, ситуация становилась куда более понятной. Я то думал, что Вове просто корона давит, и поэтому он заделался в записные сволочи. А тут эвона как…при выборе между всей базой и мной…что ж… Я сам бы выбрал Вову, но мне проще, для меня все эти люди — просто… юниты из компьютерной игры, не более того. Я с ними водку не пил, от зомби не бегал. А для Вовы это уже его люди, его «племя».

Голоса в наушнике продолжали пререкаться. Смит давил. Вова сопротивлялся все сильнее. Злость в его голосе росла. Я почти физически чувствовал, как внутри Вовы что-то ломается. Страх сменялся яростью. Хех. Ща этот вояка узнает, что нельзя до бесконечности давить на Вову.

— Убирайся из моего дома. Сейчас же.

Я услышал звук открывающейся двери. Шаги. Они вышли во двор. Надеюсь, этот кретин Боб не попрется сейчас за Смитом. За Вовкой была замечена мной такая особенность — он всегда хотел доспорить, додавить оппонента. Но сейчас это кончится плохо. Эх блин…и вот зачем мне это всё, а? Он же меня выгнал… Не, не могу так. Я потом сам себя сожру, что не помог. К тому же…о, точно. Вова единственный известный мне имунный человек. Он нужен нам для науки.

Я отложил бинокль, взял винтовку. Навел оптику на двор базы. Смит стоял посреди, развернувшись ко мне спиной. Вова напротив. Лицо у Вовы было красное, злое.

Смит говорил что-то. Жаль, что они не в кабинете — ничего не слышу. Вова слушал его, явно сатанея от злости — у него аж губы перекосились.

Я перевел прицел на Смита. Голова в перекрестии. Дистанция четыреста семьдесят метров. Ветер слабый, справа налево. Падение пули…две полоски где–то. Ну не снайпер я, что поделать. Короче, во–о–о–т так надо стрелять. Наверное…

Палец лег на спусковой крючок. Но я не стрелял. Просто держал на прицеле. Наблюдал. Перевел прицел на лицо Боба.

— Убирайся, — голос Вовы не был слышен, но я прочитал это по губам, да и жест характерный — указывающий на ворота. Так, а вот сейчас должно быть шоу. Прицел снова перепрыгнул на Смита.

Майор замолчал. Пока они спорили — он повернулся ко мне полубоком. Смотрел на Вову несколько секунд. Потом его рука метнулась к поясу, где он всегда носил свой «Кольт 1911».

А я нажал на спуск. И испытал почти оргазмический кайф. Всё, я преодолел этот момент. Друг для меня все-таки не пустое слово, даже если он и поступил как козел. А Смита я всегда недолюбливал…

Глушитель приглушил выстрел до тихого хлопка. Пуля пролетела четыреста семьдесят метров за секунду, не больше. Вошла в лоб Смита чуть наискосок, выше переносицы на пару пальцев, сделав на входе аккуратную дырочку.