Помнится и сами солдаты откровенно ухахатывались, когда находили нечто подобная на позициях или улицах захваченных городов. Потом все это пачками находили в отхожих местах, тем самым говоря о своем отношении к содержанию

— Но новые листовки — это, конечно, нечто…

Новые находки, появившиеся на стенах некоторых домов и даже самой городской комендатуры, особенно сильно заинтересовали фон Майреа. Эти листовки, несмотря на некоторые шероховатости в исполнении и кое-какие огрехи в содержании, были без всякого преувеличения новым словом. Естественно, с этой оценкой не все согласятся. Закономерно спросят об их практической эффективности: мол, где сдавшиеся солдаты, взорванные танки и грузовики с боеприпасами.

Но майор видел в них совсем другое — не мгновенный результат в виде ущерба противнику, а потенциал к дальнейшему развитию. Собственно, новые листовки были важны не сами по себе, а как сигнал о новых подходах противника ко всей работе в немецком тылу.

— Особенно, интересны те, со смешными историями…

Листовки с анекдотами, естественно, первыми привлекли его внимание. По-другому и быть не могло. Слишком уж сильно они выбивались из ряда им подобных средств агитации.

— Это же гениально… Живо, смешно, то есть акцент делался на позитивной коннотации. А положительные эмоции, как известно, имеют больший потенциал к закреплению в памяти, — психология тоже была коньком фон Майера, оттого он и обращался к ней, когда перед ним вставала особенно необычная задача. И, похоже, сегодняшний случай был именно из таких. — Сразу видно, что работал профессионал в своем деле.

Это было заметно и в специфике самого юморе, который был максимально лишен национальной специфики. Анекдоты, понятные и немцы, и французу, и испанцу, и солдату любой другой национальности, были простыми, незамысловатыми, можно даже сказать, глуповатыми. Наполненный площадными, скабрезными и особенно пошлыми шутками, которые хотелось снова и снова читать и хохотать над ними. В условиях войны, с ее ежедневными смертями, кровью и болью, именно такого и не хватало, чтобы отвлечься или забыться.

Майору уже не раз и не два раза докладывали, что простые солдаты очень активно искали эти листовки и с большим удовольствием хохотали над пошлыми историями про Геринга его молоденького адъютанта (стоит признать, что рейхсмаршал авиации, и правда, предпочитал женской любви мужскую), Гебельса и его пятерых домашних сенбернаров.

— Вот этот анекдот про ордена, кстати, очень неплох. Ведь, тщеславие Геринга известно не меньше чем, его пристрастие к мальчикам… Геринг собирается прилепить на грудь, густо увешанную самым разными орденами, стрелку с надписью «смотри на обороте»… Ха-ха-ха… Хорошо, очень хорошо.