Бедная баба Паша что-то продолжала лепетать в своё оправдание, а люди в это время все шли и шли мимо нее — высокие и низкие, мужчины и женщины, в гражданском и военном. Где-то в середине этого людского потока она даже мальчонку увидела. Пусть и волновалась, но сразу приметила, что из под его распахнутого пальто награды выглядывали. Значит, не простой.

— Товарищи, я то же…

Бабуля вышла из своей каморки и следом за всеми ними пошла. Ведь, явно что-то случилось. А она только одним глазком глянет и сразу назад, на свой пост вернется. Никто ничего и не заметит. Быстро обернется: одна нога там, другая — здесь

— Точно что-то случилось… Нешто плохое? — сердце сжималось от плохого предчувствия. Мысли — одна, страшнее другой — в голову лезли. — Ведь, сам товарищ Сталин пришёл. А когда такое было? Никогда не было…

По плотнее запахнула шаль на плечах и поспешила туда, откуда слышатся гул голосов. Там как раз зал для собраний был.

Просеменила по коридору, подошла к большим дверям и осторожно приоткрыла створки, заглядывая внутрь.

— … Точно выступать будет, — шептала она, разглядывая быстро наполняющийся зал. Рабочие с цехов шли и шли, быстро занимая места в рядах. Видать, слухом о важном госте только-только по заводу пошел. — Сам товарищ Сталин…

Баба Паша прошмыгнула к самому крайнему месту, в уголок. Ей ведь поближе к дверям нужно, чтобы после окончания сразу же на пост вернуться. Но и пропустить ничего нельзя было.

— … Говорить сейчас будет…

В президиуме, где вживую сидели товарищи с плакатов и портретов, поднялся ОН. Женщина затаила дыхание, вжалась в кресло.

— ТОВАРИЩИ!

В воздухе раздались вспышки, двое фотографов в проходах напряженно высматривали нужный кадр. В центре стоял полный мужчина с кинокамерой и медленно водил объективом вдоль президиума.

— В годину тяжких испытаний весь советский народ в едином порыве встал на защиту нашей Родины. Рядовые бойцы и командиры бьют врага в окопах, рабочие и колхозники трудятся на заводах и полях…

Рабочие в зале ловили каждое его слово. Многие, казалось, даже прекратили дышать, лишь бы не пропустить ни единого слова. Уже никто не сидел, все стояли на ногах и словно завороженные смотрели в сторону президиума.

— Братья и сестры, — хриплый голос Верховного звучал по-особому проникновенно, торжественно, заставляя замирать сердца. — Рубеж обороны проходит прямо здесь — в вашем цеху, через ваш станок, через ваше рабочее место. Вы те, кто своим трудом приближаете нашу Победу над врагом. Только вы знаете, каким трудом фронту дается каждый новый снаряд, патрон и винтовка. Только вы знаете, каково это выполнять и многократно перевыполнять план в промерзлых цехах, отработав две смены подряд…