— Это точно он написал? Этот твой Старинов тот самый? Ну. В Правде про него ведь писали?

— Он самый. А почерк точно его, можешь не сомневаться. Собственно, все это на моих глазах и происходило.

В один момент Смирнов замок. Причем сделал как-то неожиданно, словно что-то особенное случилось. Товарищ даже удивился.

— Паша, ты чего?

Академик не отвечал, смотря в одну точку, куда-то на потолок.

— Паша⁈ Паша! — протянул руку и начал тормошить его. — Тебе плохо?

Но Смирнов так же внезапно «ожил». Со смешком сбросил чужую руку с плеча.

— Станет тут плохо, когда тебе приносят эпохальную работу в сфере экономики и говорят, что ее написал какой-то мальчишка. Игорь, ты, правда, ничего не понял? — академик развернулся к товарищу и внимательно посмотрел на него. И взгляд у него в этот момент стал таким характерным, что Веретенникову стало совсем не по себе. — Знаешь, что это? — он положил ладонь на ту самую тетрадку. — Это же самая что ни на есть Сталинская премия… Конечно, здесь нужно немного руки приложить, но сам факт налицо.

У Веретенникова аж глаза округлились.

— Уверяю тебя, дружище. Здесь есть все — и полет фантазии, и смелая научная мысль, и, главное, полное подтверждение эмпирическими результатами всех высказанных идей. Игорь, давай, живо возвращайся назад и вези сюда этого самого Старинова! Даже ничего мне не говори! Нужно немедленно готовить заявку! Все это просто жизненно необходимо стране. Понимаешь меня? Эти идеи и методики архиважны для нас всех.

Его товарищи с растерянным видом поднялся со стула. Видно, до сих пор еще не верил, что нужно ехать за Стариновым и везти его в академию наук.

— Ты чего встал столбом? Беги давай!

* * *

Инсарский район, село…

Старинов-старший, как раз в правление колхоза зашел. Директор попросил его рессору на его машине поглядеть, а сам куда-то умчался. Вот Илье Степановичу и нужно было справиться, когда товарищ Салимов вернется.

— Вер, а когда товарищ Салимов назад обещался? — крикнул он с порога, увидев бухгалтера с бумагами у окна. — Мне бы рессору…

Но так вдруг замахала на него руками, как ветряная мельница лопастями. Того и гляди кузнеца ветром сдует.

— Степаныч, на ловца и зверь бежит! Ты как знал, что твой Мишка будет звонить! Ой, прости… Михаил Ильич, — женщина виновато потупилась. Недавний сорванец Мишка, сын кузнеца Старинова, теперь уже никакой не Мишка, а только Михаил Ильич или товарищ Старинов. Вот так-то. — Иди скорее!

Старинов удивленно крякнув в усы, и пошел в комнату, где стоял телефонный аппарат. Сам при этом недоуменно размышлял, что это Мишке понадобилось. Пару дней назад только звонил. Все было хорошо: работал секретарем комсомольской организации на заводе, жил в выделенной комнате в общежитии, с утра до вечера работал. Словом, все хорошо. А тут снова звонит!