Когда же один из них решился и подошел к помосту, на поверхности воды уже никого не было. Только круги расходились в разные стороны.

— Все, утоп… Ильин омут еще одного забрал. Правду говорили, что нельзя здесь рыбу ловить… А он, давай и давай…

Оба со страхом переглянулись. Страшные истории, которыми их пугали взрослые друзья, оказывались совсем даже не сказками.

— Видел, как он хрипел?

— Схватил его кто-то…

Не сговариваясь, сделали пару шагов назад от воды, а потом еще несколько.

— Надо в деревню бежать, к тете Тане.

— И что?

— Скажем, Мишка позвал на Ильин омут на рыбалку…

— А ведь это ты позвал. Сказал еще, кто не пойдет, тот трус. И обещал в понедельник всем в школе растре…

— Заткнись!

И вот уже оба застыли друг против друга, как два деревенских кочета: глаза горят, кулаки вскинуты. И думать про утонувшего товарища забыли.

— Ой!

Один, что стоял лицом к речке, вдруг съежился. Побледнел и затрясся, как банный лист.

— Там, там…

Стоит и тыкает рукой в сторону реки, ничего толком сказать не может.

Второй быстро повернулся и тоже лицом посерел.

— Маменька… Мертвяк всплыл… Шаволиться!

Их товарищ, что уж пол часа, как под водой скрылся, сейчас у самого берега лежал, цепляясь за траву.

На трясущихся ногах мальчишки подошли ближе, тем не менее готовые в любой момент задать стрекоча.

— Живой, вроде.

— А если нет?

— Смотри, дышит! Мертвяки не могут дышать.

— Может он специально?

— Струсил?

— Я?

Но никто не рычал, не скалил клыки, на них никто не бросался. Недавний утопленник до боли был похож на их товарища.

— Мишаня? Ты живой?

Самый смелый схватил друга за мокрую рубашку и потянул на себя. Через мгновение на помощь бросился и второй. Вместе они быстро вытащили хрипящее тело на берег.

— На бок его клади! На бок! Батька говорил, что так с утопленниками делают. Пусть вся вода вытечет!

— А по животу-то зачем его бить?

— Чтобы вода вышла…

Вытащенного из воды мальчишку от удара, будто скрючило. Даже стон послышался.

— Вашу мать, это что ж за скорая такая? — сплевывая воду, возмущенно бурчал недавний утопленник. — Тебя сначала топят, а потом под дых бьют? У меня сердечный приступ, а вы что делаете?

Он дергал головой по сторонам, таращил глаза так, словно никого не узнавал:

— Что это еще такое? Что, вообще, происходит? Черт⁈ А где врачи? Вы кто такие?

Мальчишки ошарашено переглянулись. Один из них даже отодвинулся от несостоявшегося утопленника.

— Мишаня, ты чего? Нас не узнаешь?

— Заговариваться начал… Умом, значит, тронулся…

— Сань, может о камень головой ударился? В омуте всякое бывает… Я бы на тебя посмотрел, если бы так же…