замуж возьмут. А если я вдруг научусь магии, то все, печать-клеймо? Впрочем, об устройстве моего будущего я подумаю после. Если оно у меня будет, это самое будущее, и лис не прибьет меня прямо тут, на берегу пруда. Романтичненько. — Кстати, а за чем я собственно должна была следить, по-вашему? — видя, что меня не торопятся казнить, решила поинтересоваться. — Вы какую-то секретную технику разрабатываете? Господин Хайн смерил меня долгим нечитаемым взором и ничего не ответил. Развернулся, дошел до моста, снял с перил рубашку и неспешно облачился в нее, плотно завязал пояс и повернулся ко мне. — Раз у тебя так много избыточной энергии, что по вечерам не спится, пойдем я тебя опустошу, — холодно заявил он. И первым двинулся обратно в сторону своих покоев. Я с кряхтением поднялась, потерла саднящие коленки и поспешила следом. — Может не надо, а? — Тогда какая мне от тебя польза? — хмыкнул лис, не сбавляя шага. — Возвращайся на кухню. Может, продержишься недельку. Получается, он меня приютил из жалости? Пожалел? Мне бы благодарной быть, но что-то не получается. Все равно отношение как к вещи. Мол, вазочку на кухне разобьют, надо переставить ее в гостиную. А чего хочет при этом сама вазочка — без разницы. — Не надо меня возвращать, господин, — тихо попросила я, затолкав гордость куда подальше. Не до нее сейчас. Я реально не выдержу условий, в которых здесь живут обычные служанки. Каморка хоть и тесная, но я там одна. И приседания-поклоны сложны и выматывают, зато потенциально позволят занять более высокий статус в местной иерархии. Мне дали шанс неплохо устроиться, теперь надо его не профукать. — У меня никогда не забирали магию. Я вообще не знала, что она у меня есть! — продолжала я, стыдливо потупясь. — Простите, если мои опасения выглядят для вас странно, но людям свойственно бояться неизвестного. — А меня ты, значит, не боишься? Раз так смело ведешь беседы? — вздернул бровь господин Хайн. — Нет, господин, — прошелестела я и с удивлением поняла, что так оно и есть. Вообще не боюсь, хотя видела превращение мужчины в пушистого сияющего многохвостого лиса и обратно. Наверное, от потрясений счетчик удивления отключился и психика любую дичь воспринимает, как само собой разумеющееся. Магия — конечно. Оборотни — естественно! — Ты не лжешь! — задумчиво покосился на меня господин Хайн и неожиданно остановился. — Так будет даже проще. Я не успела спросить, что именно. Жесткие, холодные пальцы намертво зафиксировали мой подбородок. Как в камень заточили — не дернуться.