заводить наложниц и брать вторых и третьих официальных жен. — Не знаю, — дернула плечом девушка и разочарованно оглядела последний кусочек лепешки в руке. — Отец сказал — главное, что я первая. Остальное не важно. Ох уж эти мужчины! Им-то не важно, не им придется потом выживать в гадючнике! — Что еще сказал его императорское величество? Язык можно сломать, но положено титуловать по правилам даже в приватной беседе. Иначе Лейши оскорбится. Ей-то можно папеньку называть запросто «отец», мне же до его великолепия как до небес. И относиться нужно соответственно. — Позволил поучаствовать в турнире. Вне зависимости от результата, свадебный караван уедет сразу же после церемонии закрытия. А само бракосочетание пройдет на территории Шийлингджи. — Наги настолько благонадежны? — Данное слово для них священно. — Лейши покусала в задумчивости губу и добавила: — Думаю, все-таки это не они организовали покушение. Раз его высочество согласился на мне жениться, значит, поклялся беречь и защищать невесту перед императором и нагараджем. Он бы не позволил кому-то из своего окружения выставить его клятвопреступником. — Наемники, — напомнила я мрачно. Вот еще, верить кому-то на слово. Несколько раз от лиса я слышала про некие магические клятвы. Те, например, что приносились знатными родами его императорскому величеству во время коронации. Они считались нерушимыми, потому что подкреплялись как собственным даром носителя, так и родовой силой. То есть если кто-то задумает ее нарушить, его спалит либо своя же магия, либо гнев предков. Сурово, конечно. Но не отменяет всяческих лазеек. Наверняка за столетия придумали немало способов обойти формулировки. Я не юрист, но сходу могу выдать несколько вариантов. «Буду оберегать невесту» вовсе не равно «мой дальний родственник не станет нанимать убийц для ее устранения». Достаточно пожаловаться в гостях на тяжкую судьбу — и вот заботливая тетушка спешит избавить племянника от обузы. Например. Сам жених ни при чем, случайность, не более. Мы просидели с Лейши почти до рассвета. Спать от тревоги совсем не хотелось. Не знаю как подруга, а я себя чувствовала, словно в центре шторма во время затишья. Вот-вот рванет так, что мало не покажется. До открытия турнира оставалось еще два дня. Мы приехали практически впритык. Для местных — непростительно поздно. Одна задержка по пути, размытая дорога, пара объездов — и позорная неявка. Проигнорировать приглашение гораздо хуже, чем проиграть в первом же раунде. Выходить нам никуда не нужно было. Прогулки