— Плохо. Очень плохо! — разволновался Болотов. — Наши ребята там — Герман, Оан, Егор… Может, поэтому они на связь не выходят?

— Даже думать об этом страшно, — призналась Мария. — Если Боровскому удалось захватить остальные кнежити, в его руках сейчас все торговые пути, все разъезды, все резервы.

— Как долго сможет продержаться кнесов град при таком раскладе? — подвесил в воздухе, возможно, самый главный на эту минуту вопрос Коля.

— Кнес серьезно рассчитывал на теплые мены, — ответила Мария. — Успей мы пополнить запасы, крепость смогла бы продержаться почти год. Но с тем, что есть…

Мария посмотрела на меня. Девушка, видимо, боялась напугать маленького егеря горькой правдой, но все же решилась озвучить цифры:

— Два месяца — это максимум. А после нас всех ждет голод. Воды в крепости достаточно, за это я не волнуюсь, подземные источники снабжают крепость пресной водой круглый год. Но прокормить такую толпу людей, недавно перенесших суровую зиму, без пополнения резервов — та еще задачка.

— А как же охота, рыбалка? — начал размышлять Болотов. — В крепости полно мужчин, способных добывать пропитание.

— Мы окружены, Коля. Боровский не дурак, — горько покачав головой, ответила Мария. — Он наверняка уже понял, что взять крепость штурмом невозможно, а вот измором — вполне реально.

— Думаешь, он развяжет партизанскую войну? Будет отлавливать в Пустоши и уничтожать наших охотников?

— А ты бы на его месте как поступил?

Коля громко выдохнул, осознавая очевидное:

— Так бы и поступил.

— То-то же. Ему достаточно держать оборону на подступах к нашей крепости и никого к нам не пускать. Даже если в Пустоши и остался кто-нибудь кроме нас, они просто не дойдут.

— Как и мы не прорвемся к ним, — согласился с Марией пилот.

— По сути, Боровский пользуется тем самым паритетом, который образовался между кнежитями стараниями нашего «мудрого» кнеса Владеймира. Вместо того чтобы объединять земли воедино, налаживать цепочки поставок и торговые отношения, кнес предпочел запереться в своем медвежьем углу под прикрытием шайтан-машины и довольствоваться тем, что привезут ему на мены его соседи. Если бы его родственнички, кнесы соседних кнежитей, решили ввести торговое эмбарго для Владеймира, тот просто пошел бы на них войной. Обладая мощной армией и самой неприступной крепостью во всей Пустоши, он мог если не завоевать соседние кнежити, то хотя бы изрядно их потрепать, а затем просто спрятаться у себя за стенами. И проворачивать такой фокус Владеймир мог хоть каждый месяц на протяжении целого года. Никому из кнесов такая война не нужна была, и они решили не идти против воли Владеймира. Мены организовывались каждый год на территории Чарской кнежити, и все участники этих мен научились извлекать выгоду из такого положения дел.