— Ты подонок, убивший моих жену и ребенка.
— Я лишь внушил Ларе головную боль. Не стоило ей так слепо доверяться своему научному руководителю. Она действительно была талантливой аспиранткой, лучшей на моем курсе. Даже с этими ужасными головными болями она порой утирала нос и мне, и моему сыну. Но я не убивал ее — это ты настоял на операции.
— Исследования показывали наличие опухоли в ее голове.
— Неоперабельной опухоли, заметь.
— Она уже впала в кому! — закричал Герман. — Что мне оставалось?
— Тебе надо было просто перепроверить ее снимки на другом томографе. Вероятность, что я не подделал бы и новые результаты, конечно, минимальна, но у тебя появился бы шанс. Вместо этого ты просто слепо поверил в первое же исследование, что я вам подсунул, и не заметил никакой фальши. Герман, ты был в отчаянии, и именно я довел тебя до этого состояния. Именно поэтому ты полетел на другой конец вселенной. Ты бежал от себя. Ты бежал от своего решения. Ты бежал от всего, что связывало тебя с этой планетой…
— Почему никто из них не двигается? — резко сменил тему Герман.
— Так это же самое простое. Весь наш диалог длится не больше тысячной доли секунды. Мы же с тобой уникальны, сынок. Ну, я уникален, во всяком случае. Ты же со своей древностью в голове мне и в подметки не годишься, а Мария и подавно, но, за неимением лучшего, как говорится…
— Хочешь сказать, я твой заложник?
— Ну, зачем ты так? Давай употребим слово «гость». Ты пришел в гости, я открыл тебе двери и впустил тебя, но выпускать тебя уже не хочу. Я же целый год тут один кукую. Тебе твой дружок Оан помогал язык изучать, а я сам все постигал. Представь, как тяжело было. Я, кстати, только сейчас узнал, что в той темпоральной капсуле лежал не мой сын.
— Бедняга. Может, по головке погладить? Ах да, нет же ее, головки-то.
— Ну, собственно, это как раз то, ради чего я тебя тут удерживаю…
— А вот хрен тебе, а не моя голова! — и с этими словами Герман последним усилием воли активировал протокол самоуничтожения нейроинтерфейса, вживленного в его головной мозг.
Глава 12 Сложная ситуация
Герман пришел в себя ближе к вечеру. От утреннего возбуждения не осталось и следа. Он проснулся и спокойно, даже буднично встал со своей койки, куда его перенесли десантники Чак Ноллан и Сергей Козырев. Первым делом поинтересовался:
— Который час?
Тут же подошли Мария, Ковалев и Оан.
— Ты нас заставил понервничать, — вместо приветствия произнесла Мария.
— Особенно Игорька напугал, — укоризненно подтвердил слова девушки Егор. — Парень весь день от тебя не отходит.