Старый доктор, судя по всему, наворотил много чего плохого, раз о нем с таким отвращением говорили и Мария, и Герман, и Ковалев. Остальные же вообще старались его не упоминать.

Исследовав места падения двух других челноков, егеря нашли много обломков. Большая часть представляла собой бесполезный мусор, обугленный при входе в атмосферу, но некоторые вещи все же сохранились в хорошем состоянии. Крупные куски обшивки егеря использовали в качестве материала для строительства. Сохранились даже некоторые грузовые контейнеры. Перебрав их содержимое, Ковалев со своими десантниками смог соорудить три плазменных турели. Две из них егеря поставили на базе, а третьей прикрывали аварийный выход из подземного «объекта» небесных людей.

Именно туда мы сейчас и направлялись. Мария старалась вести «Ермак» мягко, не прибегая к резким ускорениям и не позволяя птице сильно крениться. Как она и обещала, полет оказался недолгим. Уже спустя десять минут, миновав соленое озеро и поднявшись над широким плато, мы приступили к снижению. Плато было сплошь устлано деревьями, поэтому небольшую плешь посадочной площадки и маленькую деревянную сторожку я разглядел загодя. Рядом со сторожкой я увидел какое-то странное животное с вытянутым телом и крыльями, как у стрекозы. Герман заметил мой интерес и, предвосхищая вопрос, пояснил:

— Наш последний уцелевший антиграв. Такая маленькая птица, на которой могут лететь верхом два человека.

Я попытался повторить трудное слово, но сложный звук «р» мне не поддался. Получилось «антиглав». Герман одобрительно кивнул мне и пообещал поработать на досуге с моей дикцией.

«Ермак» мягко коснулся земли, его двигатели замолчали. Все вокруг засуетились, готовясь принять на борт своих товарищей, которые сейчас находились на «объекте». Герман оставил меня на заднем ряду, вручил вкусную палочку и наказал сидеть тише воды, ниже травы.

— Сильно сомневаюсь, — прокомментировала его наказ Мария, — что сотрапезники пользуются такими устойчивыми выражениями.

Герман почесал затылок и изменил приказ на «Ни звука!», оказавшийся для меня более понятным. Я кивнул и поджал губы, чтобы продемонстрировать свою готовность сидеть тихо. Герман и Мария одобрительно кивнули и пошли в хвост птицы встречать своих товарищей. Отворилась рампа, по «Ермаку» пронесся ледяной ветер и тут же стих. Через минуту егеря прошли мимо меня к кабине челнока. За Германом шагали двое суровых мужчин, облаченных в уже знакомые мне скафандры. Снимая на ходу свои вторые головы, они обдали меня ледяным холодом Пустоши. Я зябко поежился и вжался в свой табурет, спешно ломая пополам свою палочку. Мне очень понравилось, что она сама по себе разогревается. Есть я ее не собирался, просто хотелось погреть о нее руки. Одет я был по-прежнему в одну белую рубашку и понимал, что до поры до времени в моем гардеробе ничего не поменяется. Не думаю, что на «Ермаке» был запас одежды для маленьких последышей.