— Но они хорошо защищены, — возразил Герман. — Мы сами видели, насколько грамотно устроена оборона крепостей. Одна крепость Владеймира второго чего стоит. Это серьезное фортификационное сооружение со рвом, кольями и высокими стенами, утыканными бойницами. Эта крепость способна месяцами держать осаду. Я уже молчу про электродуговую установку. Черт побери, да они от полярных медведей-переростков спокойно отбивались, а уж их-то ярость мы испытали на своей шкуре.

— И когда, по-вашему, могут начаться столкновения? — заволновался Оан.

— Этого я не знаю, — честно признался егерь.

— Удалось выяснить что-нибудь еще? — спросил Ковалев.

Герман молчал.

— Герман? Полковник?

— Только личное, — наконец хмуро ответил он, стараясь унять дрожь в пальцах.

Ковалев встал и прошелся по комнате. Затем вдруг резко развернулся и обратился ко всем:

— Господа, а разве мы не можем перехватить управление этим сооружением?

Ответил Оан:

— Если бы могли, уже перехватили бы.

— Тогда у нас есть еще один вариант.

Все посмотрели на Ковалева.

— Он же ограничен лишь стенами «Колыбели»? Разнесем к чертям все сооружение и не дадим гаду вырваться на свободу. Он же заперт там, это его тюрьма.

Оан скептически покачал головой:

— Размеры «Колыбели» настолько впечатляющи, что у нас просто не хватит ресурсов. У нас нет бомбы, способной уничтожить объект, который задумывался как атомное убежище для войск.

— Затопим, — не сдавался Ковалев. — Вскроем один из выходов и пустим туда русло какой-нибудь реки.

— Тоже не вариант, — потер руками лицо Герман. — Во-первых, мы не знаем ни о каком другом выходе из этого сооружения, а во-вторых, раз уж известный нам выход замурован, то и другие лазейки для нас будут также закрыты. Открыл один такой…

— Что мы вообще обсуждаем? — упрекнула собравшихся Мария. — Мы не можем взять и похоронить ни в чем не повинных детей. Их же там сотни тысяч! И, как я поняла, для того чтобы у человечества был шанс на выживание, нам понадобятся они все.

— Бездействовать тоже нельзя, — возразил Марии Оан. — Если ваш бывший коллега развяжет с сотрапезниками войну, а никак иначе такие столкновения назвать нельзя, это обернется огромным количеством жертв.

— Только уже с обеих сторон, — подтвердил Герман.

— И что будем делать? — не унимался Ковалев. — Нельзя же просто сидеть и ждать.

— Думаю, у нас иного выхода нет, — покачал головой Герман. — Мы не знаем, каким будет первый шаг этого безумца. Но точно знаем, против кого он этот шаг предпримет.

— Думаешь, нужно предупредить сотрапезников? — спросила Мария.

— А что нам еще остается? Какими бы говнюками они ни были, они — генофонд планеты. Без них никакого продуктивного роста численности населения на планете не получится.