— На самом деле, все логично, — сухо ответил Герман. — О будущем месте для нашей базы Боровскому было известно сразу после нашей с Чаком Нолланом вылазки на «объект». Именно тогда впервые прозвучало предложение Ковалева облюбовать поляну возле озера. Это место не так далеко от выхода из «объекта», укрыто с трех сторон непроходимой чащей, а с четвертой — незамерзающим озером. После смерти Боровского у нас не было никаких резонов отступать от этого плана.

— Это понятно, но Грижа тут при чем?

— Грижа не диверсант, как нам сперва показалось. Но он все же главный виновник нашего провала, — сказал Герман.

Оан взглянул на егеря, и лицо его озарила догадка:

— Его пистолет.

— Именно, — подтвердил Герман. — Ты сам рассказывал о том, что у вашей расы имелись технологии, при помощи которых можно создавать помехи вражеским приборам.

Мария вопросительно взглянула на медика.

— Мы обыскали Грижу. Отобрали пистолет, который тот, в свою очередь, добыл у одного из диверсантов в крепости кнеса. Но не догадались проверить обоймы. Готов поспорить, в одной из них прятался патрон с электронной начинкой, который и создавал помехи нашим защитным системам.

— Так вот почему молчали турели, а системы слежения не подавали признаков жизни вплоть до самого нападения? — изумился изящности хода противника Болотов.

— Все сходится, — согласился Оан. — Мы взлетели в тот самый момент, когда после прямого попадания из какого-то тяжелого орудия сдетонировали наши запасы горючего. А после того, как Ковалев опустошил обе обоймы, отстреливаясь от неприятеля, все системы базы вновь ожили.

— И сработала система самоликвидации, — прошептала Мария, осознавая страшное.

— Да, но не будем забывать, что система самоликвидации запускается лишь в одном случае, — попытался успокоить девушку Оан.

— База взорвалась бы лишь при условии, если главный компьютер посчитал прорыв периметра критическим, — вмешался Репей.

— И если в доме никого из нас нет, — добавил Оан.

— А это значит, у нас еще есть шанс встретить наших товарищей живыми, — завершил мысль Герман.

На какое-то время все замолчали, переваривая информацию, полученную во время импровизированного мозгового штурма. Несмотря на ровный гул антиграва, позволявшего «Ермаку» находиться на приличной высоте без использования двигателей реактивной тяги, в салоне все же стало слишком тихо.

Как ни странно, но в тот вечер я все же понял основную суть разговора егерей, хоть и не знал смысла большей части незнакомых слов. Однорукий Ковалев и его десантники могли уцелеть в этой схватке. Страх, сковывавший меня в последние часы, понемногу отступил, и я смог выдавить из себя два слова: