–Когда мы в тот раз недолго прожили вместе, очень скоро после того, как я съехала, – сказала в эту минуту Сабина, – мы встретились здесь.

Похоже, под «мы»-1 понимались она и Манфред (его память по-прежнему блокирует Нам доступ к тем неделям его студенческой жизни, когда Сабина жила в его берлоге, словно речь идет о какой-то драгоценности или, что вероятнее, о ряде непристойных и неловких сцен). «Мы»-2, видимо, были Рональд и ее собственная гордая, распрямившая спину фигура и личность в двадцать с небольшим.

В общем, «мы»-2 вновь встретились на приеме, устроенном здешним городским театром в честь щедрого пожертвования от семьи Рональда (его матери Дейзи, ревностной поборницы культуры). С театром была связана и Сабина, будучи студенткой факультета кино- и театроведения и актрисой-любительницей (не имея ни капли таланта, как кокетливо заверяла Сабина, но Мы ей верим), а также помощницей директора. Рональда потрясло, что она, несмотря на красоту и впечатляющую харизму, больше посвящала себя деловым и организационным потребностям театра, чем искала возможности получать более выигрышные роли. Директор, который на все лады расхваливал ему менеджерский талант Сабины, позднее горько об этом сожалел – разумеется, в шутку, поскольку пожертвования от семьи Рональда вскоре после того, как он уступил сыну миллионера свою «правую руку» еще в вечер приема, сделались более крупными и регулярными.

–А потом сошлись вместе трагедия и счастье, – почти сентиментально пояснил Рональд, поднятой рукой салютуя супруге, сидящей рядом в черно-белом платье, поставив строго параллельно обтянутые шелковыми чулками ноги, не то раздраженной, не то растроганной.

Мы заставили Манфреда попросить более подробного объяснения. Чтобы приблизиться к кнопке сигнала тревоги, Нам, очевидно, следовало пробиться сквозь окружавшее эту странную пару дикое нагромождение чувства и зависимости, раздраженной усталости друг от друга и слащавого единения. Трагедия заключалась в том, что те, кто произвел Рональда на свет, погибли в результате несчастного случая, когда их сын и юная Сабина были вместе ровно месяц (обмениваясь телесными жидкостями через различные ганглии). Жизнь четы Дейзи и Закарии Мэкинсон, сделавшей состояние на чистом бизнесе – вначале на придорожных туалетах, а затем на производстве специального мыла и высокоэффективных моющих средств для промышленности и торговли,– закончилась грязно, пресса тогда не стеснялась никаких метафор. По так и не выясненным причинам двухмоторный спортивный самолет Мэкинсонов рухнул прямо в аэротенк одной канализационной очистной станции под Филадельфией. Сабина и Рональд поженились через три месяца после похорон, и врожденный организаторский талант Сабины уже проявлялся вовсю, в то время как Рональд еще долго представлял собой скорее лишь большого грустного ребенка-сироту. Однако через полтора года она полностью поставила его на ноги. Компания «Cleansmile»[20] росла и благодаря энергичному напору Сабины расширяла ассортимент продукцией для чистых гостиниц, чистых туристических автобусов, чистых ресторанов и далее, в упоении от метафор, программным обеспечением и сертификатами для чистого производства, чистых банковских операций и чистого Интернета.