К последней мы в конце концов и пришли. Прорыву довелось случиться в одну из сред, в послеобеденное время. К стыду своему, признаю: причиной его стал не я.

К тому дню наша бодрость серьезно поисчерпалась. Илья хоть и паял со свойственным самому себе энтузиазмом, но при том глаза у него слипались над верстаком, Василиса выглядела еще бледнее и строже, чем обычно, а я все маялся над своей алгоритмической магией, пытаясь автоматизировать процесс, который мы пока еще даже не разработали. А точнее — найти ключ к автоматизации магических процессов в принципе.

Именно в этот момент Василиса, оторвавшись от изучения очередного научного труда, произнесла:

— Резонанс. В нем ключ к развеиванию отложений. Попробуйте смодулировать импульс по синусоиде с переменной амплитудой. Вот по этой формуле…

И снова я пристыжен и вынужден признать: по вязи символов тогда понял только то, что ничего не понял. Потому Василисе, напустившей на лицо строгую гримасу, пришлось мне, бестолковому, все пояснять, будто школьнику. Только навыков лицедейства ей не хватило, чтоб меня обмануть — госпожа магистр явно наслаждалась моментом, возможностью продемонстрировать, наконец, свое превосходство хотя бы в своей же сфере.

Будто кто-то его пытался оспорить, ей-Богу. Но да ладно, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось.

Итак, формулу применили. В этот раз обошлось без спецэффектов, ни тебе искр, ни дыма, ни звона, магия как магия. Зато показания прибора впечатляли куда больше, чем любые непредвиденные фейерверки. А ведь всего лишь стрелочки на приборах на входе и выходе практически сравнялись.

— Опа… — оживился Илья, хлопнув ладонью по колену. — Получилось, м-м-мать его так! Живем!

— От сквернословия будь добр воздержаться, — одернула его Василиса, да только строгость в голосе прозвучала как-то неубедительно.

— Простите, не сдержался! Виноват! — весело покаялся Илья.

— Прощаю. Чего уж там, сама еле сдерживаюсь.

На какое-то мгновение она позволила себе улыбнуться. Или мне показалось?

Если бы не впечатлительное общество, выругался бы и я, да куда как забористее Ильи. Это ж победа! Пусть маленькая, но в то же время самая важная. Она доказывала жизнеспособность нашей теории куда лучше всех успехов, имевших место до того.

И все же, расслабляться было рано.

— Это только первый успех, промежуточный, — сказал я, нарушая тишину.

Уж извините, ребята, если испоортил настроение. Мы справились с одним типом отложений. Самым распространенным, но одним из великого множества. Мы не можем для каждого случая вручную подбирать параметры. Это непрактично.