Почему-то в голове возник диссонанс от этой фразы: честный чиновник. Но ведь был же такой. Был на этой планете. И погиб за свою упертость и принципиальность.
— Баюн, — сказал я задумчиво. — А если кто-то захочет продолжить дело отца?
Кот посмотрел мне прямо в глаза.
— Это конкретное дело было полтора десятка лет назад. Поздновато для продолжения.
— Я больше про принцип говорю.
— Если начнешь копать в том же направлении — подумай дважды. У тебя нет его опыта, связей и безупречной репутации. Ты для них — никто. Бездарь и коррупционер, серейшая мышь. Убрать тебя будет еще проще, чем его.
Ясное предупреждение. У врагов моих будут деньги, связи, власть, они могут заплатить полицейским чтобы мне подкинули наркотики, обвинить в чем угодно и нарисовать доказательства, да попросту убить, в конце концов. И никто бровью не поведет. Я ж Дмитрий Волконский, если посадили — есть, за что, если убили — так земля стекловатой.
Кот подал голос снова.
— Дима, я не хочу хоронить еще одного хозяина. Особенно такого, как ты.
Да это все понятно. Но могу ли я поступить иначе? Сфера незнакомая, опасная, но и просто так оставлять подобное нельзя. Все мои попытки что-то улучшить будут иметь мизерный прогресс, а то и вовсе никакого, пока на плохом положении дел кто-то наживается. Как проводники надо очищать от магических отложений, так и путь для перемен придется вычистить от коррупционной гнили.
Отец Волконского действовал прямолинейно, собрал доказательства и пошел в лобовую. Но это не мой стиль. Я знаю, как работать с системами, находить в них слабые места… Привлекать союзников. Да и действовать грязно мне, в отличие от уважаемого Сергея Григорьевича, гордость не запретит.
— Буду осторожнее отца, — сказал я наконец. — И умнее. Но отступать не собираюсь.
— Тогда «осторожнее» недостаточно. Стань неуязвимым. Учись на его ошибках. Он доверял системе, а система его предала, он играл по правилам, а они правил не признают.
— Спасибо, Баюн, — сказал я. — И за откровенность, и за предупреждение.
— Не благодари, — хмыкнул кот. — Просто не заставляй меня искать нового хозяина. В моем возрасте это крайне утомительно.
Глава 11.0
Уборка заняла практически весь день, до восьми вечера. Да оно и не удивительно, при таком объеме работ. Вот теперь в этой барсучьей норе можно было жить. А главное, в гостиной у окна я себе сообразил полноценное рабочее место, со столом, удобным стулом, лампой настольной. Места хватало и компьютеру, и бумагам при необходимости работы с физическими документами, и кружке чаю. Там же разместил и стопку учебников по магии, а точнее самым ее основам, которые, похоже, лет пятнадцать не открывали, рядом — блокнот для записей и несколько ручек.