А Шуйский просто давал мне возможность сделать это так, чтобы не развалить репутацию коррупционера. Я не из принципа топлю ублюдков, нет-нет, я просто помогаю тем, кто дает мне на лапу.

— Я формирую специальную комиссию для проведения внеплановой тотальной проверки этого объекта, — продолжил я. — И хочу, чтобы ее возглавили вы.

Сычев наконец посмотрел на меня. Недоверчиво, с опаской.

— Дмитрий Сергеевич, вы уверены, что именно меня хотите послать на такой объект? Артемий Павлович…

Ясно. Он думал, что я их потрясти хочу, и пытался с такой авантюры съехать, предлагая традиционную в таких случаях кандидатуру Артемия Павловича Гладкова — продажного старого хрена, специализирующегося именно что на выбивании взяток. Чтоб не пачкать ни рук, ни совести. Раз уж не мог остановить наши схемы, то мог хотя бы в них не участвовать.

В этот раз он ошибся.

— Артемия Павловича купят, а вас — нет, — отрезал я. — Потому да, уверен. Мне нужно, чтобы все было по закону, по всей его строгости. Проверьте каждый винтик, переверните каждый камушек, чтобы я даже отсюда услышал, как их махинации трещат по швам. За возможные последствия не переживайте. Я прикрою.

Он молчал, обдумывая мои слова. Происходившее у него в голове для меня не было секретом — думаю, он подозревал подставу с одной стороны, не веря Волконскому, но цеплялся за возможность сделать работу как полагается — с другой.

К каким бы выводам он ни пришел, вариантов у него было немного. Исполнять или увольняться, третьего не дано.

— Я понял задачу, — сказал он тихо.

— Отлично. Приказ о формировании комиссии будет у вас на столе через час. Жду первый отчет завтра к вечеру.

Он молча кивнул, встал и вышел.

Не важно, верил мне Сычев или нет. Главное, что я верил в него и в то, что он сделает свою работу как полагается. Большего мне пока не требовалось.

Следующие полтора дня пролетели незаметно. Между работой в лаборатории, чиновничьими вопросами, разработкой моих боевых алгоритмов и тренировками я даже не думал про дело Зотова. Знал, что Сычев меня порадует, а больше об этом рассуждать не было смысла.

Так оно и оказалось. После обеда следующего дня Мария принесла мне первый отчет.

— Дмитрий Сергеевич, это от инспектора Сычева. Просил передать лично вам.

Парнишка работал на опережение, даже вечера не дождался. Похвально.

— Спасибо, Мария Ивановна! — с улыбкой ответил я.

Мария вышла, а я принялся за чтение. Содержание отчета вызывало такую улыбку, что, казалось, вот-вот щеки заболят. Михаил-то оказался даже лучше, чем я думал. Вцепился мертвой хваткой и не собирался отпускать, пока не вытрясет из Зотова всю душу.