Его реакция меня насторожила, так как мне показалось, что он уже что-то знал. Сейчас всё и выяснится…
— Боевики из Эстонской Империи действуют здесь, — продолжил я. — Они пытались переманить меня к себе или, в противном случае, угрожали убить.
— Судя по тому, что ты живее всех живых и стоишь здесь прямо сейчас, значит, они уже трупы. Ха-ха! Неплохо, — Пётр Александрович усмехнулся, не выказывая особого изумления.
Ну ясно… Значит, о том, что произошло, он и сам отлично знал. Впрочем, ровно это он мне спустя пару минут и подтвердит своими словами. А потом продолжит, как ни в чем не бывало:
— И ещё добавлю, — государь опёрся на стол, — ходит молва, будто ты — новое оружие нашей Империи, и пустил эту молву именно я.
Он смотрел на меня испытующе, ожидая, как я отреагирую. Я же внешне оставался совершенно спокойным и невозмутимым. Давно уже понял, что от него можно ждать чего угодно — он умеет подкинуть свинью в самый неожиданный момент.
Государь без зазрения совести использует меня и играет по грязному. Но напрасно он считает, что это может повредить мне, как его расходному материалу. Пускай не волнуется, ведь я всегда умею обратить любую ситуацию себе на пользу.
— Ясно, — сухо произнёс я вслух. — В таком случае, я пошел. Моё дело — передать информацию, а вы уж сами решайте, что делать с этими эстонцами.
Я уже собрался развернуться, однако надменный голос Императора прозвучал громогласно и даже с ноткой удивления.
— А ты, выходит, Добрынин, совсем не смотришь новости? Ночью-то не спал, мог бы хоть взглянуть и быть в курсе.
— Поверьте, государь, мне было, мягко говоря, не до новостей, — пожал я плечами. — Я разбирался с эстонским отрядом, причём довольно крепким.
— Что ж, тогда я тебе сообщу лично, — неторопливо продолжил Пётр Александрович. — Ночью не только ты один не спал. Мне тоже удалось всего полчаса глаза сомкнуть, да и эстонской армии было не до сна, ведь три часа назад она вторглась на нашу территорию.
Я аж дар речи потерял. Нам и без того хватало проблем, а тут ещё война. Столица едва функционирует, так как большинство ключевых работников, аристократов и производителей уехали кто куда, пока тут не станет безопаснее. В таких условиях война — это чистое безумие.
— К тому же, за эту ночь в Москве взорвали несколько зданий с оперативниками и штабами военных, — продолжал государь, делая паузы между словами. — Самое ироничное, что к этому причастны не эстонцы, а наши собственные аристократы. По крайней мере, часть из них.
— Значит, это ещё не всё? — спросил я, разводя руками.