— Ясно, — кивнул Чжан Мин и налил себе ещё вина. — ладно, объясню на пальцах, хотя сам не особо шарю, но основы знаю. Великая Долина, это огромная земля, где мы живём, под дланью небес, как говорят. Тут десятки городов, больших и малых, и между ними месяцы пути пешком, недели, если на повозках или летающих зверях, если ты богат.

— Шэньлун это один из основных городов долины, — добавил Го Хуа. — не самый большой, но достаточно важный и главное богатый. Потому что тут есть Этажи, и гильдия контролирует доступ к ним. А Этажи — это прежде всего что? Правильно, это ресурсы, а ресурсы это конечно же сила, понимаешь?

Я кивнул. Это было логично.

— А за пределами долины? — спросил я.

— За пределами? — Го Хуа пожал плечами. — пустоши и не только. Дикие земли, где живут только монстры и изгои. Туда никто не ходит, разве что отчаянные дураки или те, кого выгнали за преступления. Говорят, там целые королевства монстров, и практики там слабее, нет нормальных ресурсов и школ, только сплошное выживание.

— И войны, — добавила Сю лань. — войны есть везде, и между городами, а уж про войны межу сектами или кланами я молчу. Это нормально. мир практиков построен на силе. кто сильнее, тот прав. кто слабее, подчиняется или умирает.

— Весело живём, — усмехнулся Ли Вэ. — прямо праздник какой-то.

— А ты что думал? — го Хуа посмотрел на него. — Что мир справедливый и добрый? Забудь. Справедливости нет, есть только сила. Если хочешь чего-то добиться, нужно становиться сильнее. Иначе сдохнешь в первом же рейде, как Лу.

— Или станешь рабом, — добавил Чжан Мин, и голос его стал мрачным. — Знаете, сколько людей в Шэньлуне живут в долговом рабстве? тысячи, может, десятки тысяч. набрали долгов, не смогли вернуть, и теперь пашут на хозяев до конца жизни. И дети их тоже будут рабами, потому что долг переходит по наследству.

— Серьёзно? — я не знал этого. новость ударила как обухом.

— Серьёзно, — кивнул Чжан. — ты просто не видишь их. они работают в закрытых мастерских, на рудниках, в полях за городом. Их не выпускают, чтобы не сбежали. живут хуже скота, тот хотя бы кормят нормально, а их держат впроголодь, чтобы не бунтовали. Вот рисовые поля, что дают урожай чуть ли не каждый день, это этер рабов. каждую каплю выжимают досуха, чтобы у них даже сил сбежать не было.

Я молчал, переваривая информацию. в голове складывалась картина мира, гораздо более жестокого и беспощадного, чем я думал. Это отрезвляло, словно меня окатили ледяной водой.

— А богатства? — спросил я. — легенды о том, что кто-то нашёл сокровище и разбогател, стал великим мастером… Это правда или сказки?