И, оказавшись внутри, раскаленный прут взбалтывал содержимое, небрежно стуча по стенкам, как ребенок, размешивая чай стучит ложкой о чашку. С каждым ударом, с каждым оборотом, ощущения лишь нарастали, углублялись, спускаясь все ниже и ниже по горлу, наматывая тугой ком в гортани, проваливающийся прямо в желудок, откуда снова поднимался наверх.

Спину прошиб липкий, ледяной пот. Испарина сверкала на лбу. Пальцы сперва побледнели, а затем начали синеть, как на самом сильном морозе, с которым не справлялась даже кровь горного охотника.

А затем все закончилось. Не так плавно, как начиналось, а резко и безапелляционно. Ардан выдохнул и, отлипнув от скрипнувшей под пальцами, потрескавшейся деревянной панели, коими укрыли металлические стены гондолы, смог выпрямиться.

Постепенно приходя в себя, юноша заметил, как повсеместно в зале в себя приходили и другие обладатели посохов. Их было здесь не так уж и много, человек восемь и еще три Первородных, включая сына герцога Абраилаала. Над каждым заботливо склонилась жена или… «племянница», и только двое оказались лишены поддержки. Арди, по вполне понятной причине и, что удивительно, Иолай Агров. Его отец, Аркадий Агров, отстранился от сына и смотрел на того с нескрываемым разочарованием.

Сам двоюродный брат Императора выглядел не то, чтобы строго или надменно, а, скорее, все сразу. С явно военной выправкой, с повязкой на правом глазу и жуткими шрамами, которые некогда перетянули не специальной нитью, а толстым конским волосом, что сделало отметины о боевых подвигах едва ли не уродливыми. От Бориса с Баженом, Арди узнал, что Аркадий Агров некогда служил не где-то, а в штурмовой пехоте.

Великого Князя туда, собственно, определил его отец — дед Иолая и один из полководцев Генерального Штаба. И так пришлось, по совпадению, воле судьбы или какой-то иронии, что Аркадий Агров успел отслужить… везде.

Он бился с фанатиками Теократии Енарио, где приобрел свои первые «награды». Его ноги ниже колен были обожжены кислотами настолько, что Аркадию приходилось постоянно обматывать их бинтами, смоченными в специальных растворах. Иначе — невыносимая боль от каждого движения. И большинство, не говоря уже о дворянах или аристократах, ушли бы со службы на почетную пенсию, но не Аркадий Агров.

Он прошел все врачебные комиссии и продемонстрировал себя с лучшей стороны на военных полигонах. Его подняли в звании и… вновь так совпало, что судьба забросила его дивизию в укрепление седьмой армии, расположенной на границе с Армондскими племенами. Вероятней всего, Аркадий успел отслужить на одном фронте с Аркаром, просто на разных их концах. Где, собственно, оказался пленен.