Похоже, все плохое только начиналось: кружащийся вокруг черный и серый прах менял цвет, становясь белым; в тучах над головой теперь не было ни капли серого — сплошная белизна. Тела убитых, во множестве раскиданные вокруг, истончались, превращаясь в белый пепел.

Божественное вмешательство.

Даже Эстери отшатнулась, ощутив мощную ауру происходящего. Но я, перебарывая самый настоящий страх — все же в Ане чувствовалась невероятная сила, способная меня превратить в белый пепел мановением пальца, шагнул вперед. И перехватил проходящую мимо девушку за руку, заставляя остановиться.

— Она моя, — вдруг произнесла Аня не своим голосом, глядя на меня белесыми глазами.

Аня говорила не своим голосом. Но знакомым — она говорила голосом белой невесты в венке из маргариток. Я снова все понял, но снова понял поздно.

Место силы раньше было вместилищем Жизни, теперь здесь одна Смерть. Вот оно что: выгоняя отсюда Жизнь, выгоняя Иллуну из своего храма, Золотарев и Лазериан сделали это место Местом Смерти. И совсем недавно я видел призрачный лик смерти на Ане — который проглянул сквозь черты ее лица. И сюда, на Смерть, пришла новая, никому раньше неизвестная божественная сущность.

Дева Маргаритка — белая невеста, убитая на своей свадьбе.

Новая богиня Смерти.

— Нет, она не твоя, — преодолевая совершенно естественный страх смерти (Смерти), глядя в белесые глаза захватившей тело Ани богини, произнес я.

— Если я оставлю ее тело, она может умереть, — неожиданно спокойно ответила Аня голосом Маргаритки.

— Если ты не оставишь ее тело, она так и так умрет.

— Ее дух будет жить в моем теле. Я хочу как лучше.

— Я должен помочь спасти тебе мир, не забывай.

— Я предупредила.

— Я тебя услышал.

Надо же, я все же впервые в жизни сказал эту фразу. Правда, оправдывает меня то, что сделал я это перед лицом самой Смерти.

— Оставь ее.

— Хорошо. Как скажешь, — кивнула захватившая тело Ани белая девушка-невеста.

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом вдруг за Аней появилась белоснежная тень. Силуэт девушки-подростка словно шагнул назад, покидая тело блондинки, поднимаясь ввысь — туда, где уже клубились белоснежные облака. Аня в этот момент потянулась вперед всем телом, словно ее разрывало на части. Она распахнула ставшие обычными глаза и открыла рот в беззвучном крике.

Ноги ее подкосились, и блондинка упала. Аня рухнула на забрызганный кровью пол, и выглядела сейчас словно человек, попавший под разряд тока высокого напряжения. Ее выгнуло дугой, тут же раскрутило распрямившейся пружиной, она перекатилась несколько раз, оставляя после себя кровавые брызги следов. И, самое страшное, все это происходило в полнейшем молчании — девушка не издала ни единого звука.