Ослепнув от яркой белизны сияния, невероятным усилием еще оставаясь на ногах, я попятился назад, как вдруг меня подхватила сильная рука и потащила за собой. Это Ваня, с залитым кровью лицом, схватил меня и ковыляя из последних сил, с истошным криком утащил в портал. Хорошо, что я им в проем не попал, так бы некому меня сейчас спасать было.
Демонесса, кстати, сейчас тоже кричала. В моем восприятии она шла рядом, зажимая руками уши и глаза, из которых сочилась кровь. Похоже, белая вспышка подействовала не только на физические тела, но и на астральные — подумал я очень и очень мельком.
Пройдя через границу портала, за краткий миг я успел увидеть вокруг массивные статуи, богатое убранство зала, выдержанного в золотых и лиловых тонах, бегущих ко мне нескольких слуг в цветах клана Карадрасс.
Не устояв на ногах, я выронил Зеленый лист и упал на колени — подспудно вперед, не на спину, чтобы не рухнуть на торчащий из тела клинок. Опустив голову, я схватился за рукоять чужого меча, успев заметить голову льва в оголовье.
Тут же изо рта у меня хлынула кровь, заливая руки, чужой меч, пол передо мной. Последнее что увидел была богатая мозаика пола, прыгнувшая мне в лицо, а потом стало темно.
Глава 12
Придя в себя, распахнул глаза — чувствуя в животе слегка обжигающее, но приятное тепло. Приятное тепло от выпитого только что вина. С осознанием этого факта на меня вдруг навалился шум самого настоящего пира. Кто-то грохнул рядом кубком так, что мне на рукав камзола попали брызги вина, от приветственных криков заложило уши.
«Что за…» — недоуменно протянул я, намереваясь оглянуться по сторонам.
Оглянуться не получалось. Смотрел я прямо перед собой, переводя дыхание, и видел в руке серебряный кубок. Который совсем только что осушил до дна.
«Красотка, ты где?»
Молчание. Не меньше нахождению в чужом теле я удивился отсутствию рядом демонессы, к которой уже привык.
Снова попытался оглянуться и не получилось. Странное чувство — так бывает, когда отлежишь руку и не чувствуешь ее. Видишь, знаешь что твоя, а пошевелить не получается. Только вот сейчас мне не повиновалось абсолютно все тело.
Более того, тот человек в теле которого я сейчас находился, действовал самостоятельно и без моего участия. Он кричал что-то на незнакомом языке, поднимая только что вновь наполненный высокий кубок с молодым вишневым вином, снова выпивая за здоровье и счастье молодых. За счастье молодых: язык, на котором кричал человек, в теле которого я находился, постепенно становился не таким уж и незнакомым. Для того чтобы поднять бокал и крикнуть тост при этом увидев адресатов, человеку приходилось привстать и навалиться на стол, повернувшись вполоборота — «я-он» сидел на внешней стороне большого, богато накрытого стола в виде буквы «П».