«Это ад», — мелькнула у меня мысль.

Демонесса со мной была не согласна. Ей, похоже, происходящее нравилось — она призрачной тенью появилась в моем восприятии. Глядя на все горящими алым отблеском глазами, она похоже жила моментом схватки.

Вдруг все звуки вокруг перекрыл тугой звон — словно гудение натянутой струны. Оглянувшись, я увидел что это Кайла: она готовила заклинание. Прямо сейчас над ее головой — из мелких камешков, крупных обломков, пыли и штукатурки формировался крепкий кулак. Пронзительный крик, резкое движение рукой, и удерживаемый ее силой воли конструкт устремился в створки массивных дверей. Еще до того, как каменно-воздушный кулак ударил в дверь, Кайла начала падать, закатив глаза. Слишком много сил вложила в заклинание.

Раздался грохот, створки распахнулись. Меня предчувствием словно вперед подтолкнуло — я сорвался с места и влетел в комнату практически следом за каменно-воздушным кулаком, ворвавшись внутрь в облаке клубящейся пыли. И первое что заметил, была богатая черная мантия и прямые седые волосы высокого мужчины. Он стоял ко мне спиной и сейчас только оборачивался на звук вылетевшей двери. Я совсем не удивился, когда увидел, что глаза у него полнятся Тьмой.

Колдун-культист.

Понимая, что даже мгновение промедления будет стоить жизни, я не останавливаясь, не глядя по сторонам рванул вперед и взмахнул мечом. Зеленый клинок легко перерубил дряблую шею застигнутого врасплох колдуна. Голова полетела в сторону, тело начало мягко оседать.

Только в этот момент я заметил и понял, что колдун, когда мы вломились, с кем-то разговаривал через портал связи — я успел заметить вытянувшееся в удивлении лицо чародея по ту сторону.

Время словно застыло — стелился за Зеленым листом веер черной крови из перерубленной шеи колдуна, голова с взвившимися седыми волосами медленно-медленно вращалась, готовясь падать, инерция несла меня вперед, а я наблюдал ошарашенное лицо собеседника по ту сторону магического окна.

Это был мужчина. Человек. Выглядел он лет на тридцать-тридцать пять; спортивная фигура, синий камзол, при взгляде на который почему-то возникает ассоциация «придворный». Изумленный взгляд расширившихся карих глаз. Понятно почему — находясь за завесой безмолвия, они с колдуном просто не слышали всей какофонии звуков и воплей, сопровождавших наш подъем по лестнице башни цитадели.

Мы смотрели друг на друга краткое мгновение, а после зеркальный овал подернулся рябью и собеседник колдуна, находящийся сейчас где-то далеко в залитых ярким солнцем покоях, исчез.

Зашуршали подошвы по полу, когда я резко остановился, с глухим стуком упала голова, рухнуло на пол сухопарое тело культиста, только мантия взметнулась. Бег времени вернулся в привычный режим.