— Антоха, здорово! Мы с парнями в клуб, ты с нами?

— Антонио, ты где? Я сегодня на сайте знакомств одну телочку склеил, а за ней подружка увязалась. Устроим, может, свидание «пара на пару», а? А то мне одному че-то стремно с ними двумя по городу кататься.

— Антон! Как насчет в бар по пиву?

— Антон! Подгребай ко мне, родоки уехали, пройдем пару «каток»…

Выругавшись, я отключил звук на телефоне и отписался всем знакомым, что болею. Надо ли говорить, что звонки и сообщения тут же прекратились, а на просьбу зайти просто поболтать никто так и не отреагировал… Посыпались новые голосовые сообщения:

— Антоха, ну ты это, давай, выздоравливай…

— Э, дружище, ну как ты так? Давай, того, поправляйся!

— Ого! Вот это новость! Ну ладно, как поправишься, звони… Пока!

От злости я зашвырнул телефон на диван и, опершись на костыли и стараясь не навернуться, поскакал в ванную, чтобы хоть как-то запихать себя в душ. Друзья называются…

Сейчас, подумав, я окончательно убедился, что друзей-то у меня в моей прошлой жизни и не было. Мы просто тусовались вместе, а все проблемы решали порознь. Никто из нас никогда не навещал приятеля в болезни, не помогал, не выручал дельным советом. Мы существовали сами по себе и встречались, чтобы просто поразвлечься, погонять на крутых арендованных тачках и «склеить» девчонок где-нибудь в клубе.

Да и я сам я, признаться, хорош… Не такой уж я белый и пушистый. По большому счету, и мне на проблемы своих приятелей из общей тусовки всегда было начхать. Как услышал о проблемах своего кореша Илюхи, с которым нас вместе засняли танцующими на крыше чужой машины, так сразу стал думать, не как ему помочь, а как свою шкуру спасти. А куролесили-то мы вместе, стало быть, и отвечать должны были вдвоем.

Кажется, в мою паранормальную способность предчувствовать плохие события Толик так и не поверил… Ладно, придет вечером — помиримся. Хоть бы с ним ничего не случилось!

А еще с кухни пахнет так вкусно… Покормил бы кто меня…

В отвратительном настроении я завалился на кровать и сам не заметил, как уснул.

* * *

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Кто-то хорошо знакомый.

— Эдик! Эдик!

Я потянулся на кровати и открыл слипшиеся глаза. Передо мной, улыбаясь сияя, точно начищенный медный самовар, стоял Толик. Значит, настроение у него стало получше, и он, кажется, совсем не сердится. На нем красовались Сашкины штаны, которые, правда, были ему чуть коротковаты: из-под брюк выглядывали носочки. Ну не беда — тогда многие парни так ходили, даже считалось модным.

— Слушай, старик… Ты был прав! — вполне миролюбиво сказал приятель.