— Значит, я уже не идиот, а снова «старик»? — осторожно поинтересовался я. С чего это вдруг такие резкие перемены в настроении друга? Еще несколько часов назад товарищ был готовить прибить меня за то, что из-за меня на задней части его единственных приличных брюк теперь красовался зияющий треугольник. И повздорили мы с ним знатно. Того и гляди, сцепились бы прямо на полу, если бы он за штанами к Сашке не пошел.

— Ну не сердись, — добродушно сказал Толик. — Я же не с пустыми руками. Вот! — и он торжественно вытянул руки вперед. В одной висела авоська с трехлитровой банкой пива, в другой — тарелка с только что, видимо, приготовленными раками: вареными, розоватыми, жирненькими, посыпанными горошками черного перца. Аромат в воздухе витал просто необыкновенный, и мой рот сразу же наполнился слюной.

— Доставай кружки, отмечать помолвку будем! Пока ты спал, я уже успел вернуться, за раками сгонять и приготовить! Да скорее давай, до отбоя часа полтора всего осталось, скоро комендантша по комнатам бродить начнет.

— Извини, — пробормотал я, — фигово как-то все вышло. Значит, теперь между нами снова мир?

— Да какое фигово? — Толик схватил мою руку и крепко пожал. — Конечно, мир! Старина, ты прав был, тысячу раз прав! Зря я тебе не поверил!

— Эм-м… в чем прав? — я продолжал ровным счетом ничего не понимать. — В том, что тебе не стоит жениться? Передумал, значит? Удивлен. Ты вроде так серьезно был настроен. Даже комнату снимать собрался. Так что мы тогда отмечать собрались?

— Ну уж нет, — Толик наконец отпустил мою руку и дружески хлопнул меня по плечу. — Тут уж ни ты, ни сам секретарь ЦК КПСС меня не переубедит! Она сказала: «Да!». Женюсь!

— Тогда в чем дело?

— Да елки зеленые, проснись ты уже, в конце-то концов! Ты прав был, что ходить туда не следовало сегодня! У Юльки-то в комнате потолок обвалился!

— Ого! — я пододвинулся к столу и, будучи не в силах больше сдерживаться, начал чистить раков. — Как так? Давай, рассказывай!

Толик тем временем достал из авоськи банку с «Жигулевским» и разлил пиво по кружкам. Кружек у нас с ним было всего две, поэтому были они универсальными: и под пиво, и под чай, и даже под кефир.

Слизав пену с пива, Толик начал свой рассказ:

— В общем, Юлька сдала наконец с третьего раза свой зачет по гистологии. Экзамен этот у них последний, она скоро уже домой едет. Хотела сегодня уехать, да я задержаться ее попросил — сюрприз-же ей готовил! В общем, она теперь в комнате одна живет — у нее соседка — заучка и отличница, родилась с энциклопедией подмышкой, ее зачет автоматом поставили. Юля моя и позвала меня чайку попить, вдвоем побыть, все дела…