Тот зажмурился, вспоминая.

— Дословно она звучала так: «Передай своему настоящему хозяину, что прошлое идёт за ним, чтобы собрать долги».

Ларин не дрогнул, но внутри что-то холодное и тяжёлое опустилось на дно желудка. Вот оно. То самое слово, которое царапало подсознание всё это время. «Настоящему». А кто здесь настоящий хозяин для этих шестёрок? Азамат? Нет. Он ширма, исполнитель, громкий и визгливый. Один из ключевых, да. Но не главный. Все приказы, весь расчёт исходили отсюда, из этого кабинета. От него, Виталия Тимофеевича Ларина.

Послание было адресовано ему? Кто-то из прошлого, кого он упустил? Или это всего лишь блеф, попытка запутать следы, отвести глаза в сторону от каких-то старых разборок Азамата?

Ларину стало душно. Он потянулся к стакану с водой, сделал глоток. По его спине, от копчика до затылка, пробежал холодный, липкий холодок.

К столу внезапно подскочил Азамат. Он упёрся руками в полированную столешницу и подался вперёд.

— Бл* буду! — выдохнул он хрипло. — Это те кенты, которые развели моих идиотов в школе! Учителя эти. Они ж деньги мне сегодня вернули! А совсем недавно ссались, потому что не было у них денег! Говорю, нужно их брать, жёстко допросить, а после — кончить, чтобы другим неповадно было!

Ларин медленно поднял на него глаза и насмешливо фыркнул.

— Азамат. Ты хочешь сказать, что твоих бойцов, — он мотнул головой в сторону избитой пятёрки, — уделали бабы и парочка школьных задротов? Тот, кто бил, судя по описанию, действовал как профессионал. Учителя? Ты серьёзно?

Азамат зло сверкнул глазами, сжал кулаки, но возразить не посмел.

— Тогда что будем делать? — просипел он, отходя от стола. — Оставим ментам это дело? Пусть они разгребают?

Ларин задумался, постукивая пальцами по столу. Оставлять всё на самотёк было глупо и опасно. Полиция, могла докопаться до чего-то лишнего. Или вообще не докопаться ни до чего. Но и лезть напролом, устраивать резню, тоже было нельзя — лишний шум, лишнее внимание. Нужен был баланс. Контроль.

— Значит так, — начал он, отчеканивая слова. — Официально — дело пусть разгребают менты. Ты и твои люди в это дело не лезете. Никаких самосудов, никаких намёков. Но. Вы приглядываете. Внимательно. Оказываете всяческое содействие полиции, — он подчеркнул эти слова, глядя прямо на Азамата. — По-дружески. Информацией, например. Понял?

Азамат нехотя кивнул, но в его взгляде читалось разочарование. Ему хотелось крови, быстрой и шумной расправы.

— Что касается учителей… — Ларин сделал паузу. — Отправь к ним парочку людей. Посмышлёнее, чем эти. Не гопников, а тех, кто умеет думать и наблюдать. Пусть ведут их. Незаметно. Днём и ночью. Пусть записывают всё: с кем встречаются, куда ходят, о чём говорят. Но, Азамат, слушай меня внимательно. Трогать их не смей. Пока что. Только наблюдай. Ни одного лишнего шага, ни одного звонка с угрозами. Чистая разведка.