Подгадав момент секундого затишья в музыке, я дернул пальцами за горлышко одну из множества бутылок с сиропами, подбрасывая ее в воздух, и тут же поймал снова. Уже за спиной, и уже другой рукой. Рывком перевернул бутылку еще раз, горлышком в пальцы, закрутил и отправил в полет по дуге над головой…

А потом вытянул далеко в сторону руку, и поймал бутылку на тыльную сторону ладони.

Гости в зале снова зашептались и загудели, но на сей раз уже заинтересованно. Они зашевелились, некоторые приподнялись со своих мест, чтобы лучше рассмотреть, что происходит за баром.

А за баром чего только не происходило. Все так же держа бутылку на руке, я взял в другую руку два лайма и принялся жонглировать ими. Сначала медленно, а потом все наращивая и наращивая скорость…

А потом я скинул бутылку с руки, поймал ее за горлышко и принялся вращать над головой, точно попадая в промежутки между взлетами и падениями лаймов!

В зале раздались первые негромкие аплодисменты, но я только разогревался. Снова подбросив бутылку в воздух, я схватил первый попавшийся стакан шейкера, крутнул в ладони и подставил точно под падающую бутылку. С легким звоном бутылка вошла в стакан, я поймал оба лайма и положил их на разделочную доску, а потом подбросил вверх бутылку вместе с шейкером.

Пока они были в воздухе, я подхватил лопаткой два кубика прозрачного льда из стеклянной емкости, добавил к ним кубик сухого льда, и тоже подбросил их в воздух. Поймал стакан шейкера, тремя резкими движениями перехватил в него лед, а потом снова подставил его под дно бутылки.

Звякнуло, хрустнуло, и дно шейкера резко похолодело. Под внимательным взглядом гостей я вытащил бутылку из шейкера, наклонил его набок и медленно, аккуратно высыпал на стекло барной стойки получившуюся крошку льда, дымящуюся из-за испарения сухого льда.

А потом взял нож, в три коротких движения отрезал два ровных ломтика лайма, отщипнул красивую верхушку с веточки мяты, и положил все это на кучку дымящегося льда. Обвел всех гостей взглядом, приложил собранные в щепоть пальцы к губам и тут же развел их в стороны, имитируя поцелуй.

Гости зашумели и принялись вставать со своих мест, чтобы подойти поближе. А я уже разошелся по полной. В ход пошли не только бутылки и шейкеры, не только лед и лаймы, но даже и барные ложки и мадлеры. Я жонглировал разными предметами, я вращал барный нож на пальце, поставив его на самый кончик, я бросал бутылки, подхватывая их в сантиметре от кафельного пола — короче, я делал все то, чему научился за годы работы за стойкой Кибы. Я тогда только начинал свой путь, мне нужны были наставники и деньги, и умение красиво выделываться помогало неплохо зарабатывать.