Да, случилось.

Моя больная детская любовь к нему.

Которая и не любовь вовсе.

Она болезнь.

От которой безумие совладает тобой, и ты уже не в состоянии себя побороть. Как бы сильно не хотелось, как бы отчаянно я не пыталась.

Меня посещает другая мысль.

А если... Тихомир, совсем как и я, болен? Если он не хочет, но... болеет «мною»... или сожалением о том, что сделал со мной?

И это одновременно меня убивает и исцеляет.

Я не ведаю, как объяснить эти чувства, как разобраться с этими думами, оттого и выпаливаю на одном дыхании, глядя в обеспокоенное мужское лицо:

- Скажи... тебя совесть заставляет меня преследовать?

Бер замирает, непонимающе сводит брови на переносице, и я в то же мгновение выпаливаю второй вопрос.

Наверняка наитупейший из возможных.

- Или ты просто ведом неким желаньям подчинить меня себе? Как...

Свою самку.

Договариваю уже в мыслях.

И тут же рдею от своих слов. Боги, что за тупизм, Агнеш?

Не успеваю себя вдоволь пораспекать. И влепить воображаемого леща, как раздается голос бера.

- Да, я ведом желаньям.

Спокойно и без утайки. Мягко, едва ли ощутимо, касается моих волос, отводит одну мешавшую прядь за ушко. Но так невесомо, что можно спутать его касания с дыханием ветра.

- Желаньем быть...

- Прощенным?

Выгибаю бровь и тут же хватаюсь за эту мысль, как за спасительную соломинку. В моем голосе неудержимым огнем скользит нетерпеливость.

- Так ты прощен, я зла не держу на тебя. Правда!

Доверительно киваю и хочу уже отвернуться, чтобы уйти, как Тихий ловко делает шаг в сторону, пересекая мне путь. Чуть ли не втыкаюсь носом в каменную грудь.

Недоуменно подымаю на него очи.

- Не только в прощение томятся мои желанья...

Подходит так близко, что носом касаеться моего виска. И я странным делом не могу отшатнуться от него. Или не хочу?

- А во что же еще?

- Я хочу вернуть ту, прежнюю Агнешу.

Колючей щекой едва ли ощутимо касаеться моей. Горячее дыхание мужчины обжигает мое ухо, запуская табун мурашек по моей коже.

К моему собственному удивлению, мой голос настолько ровный, как и правда, которая слетает с моих губ.

- А если она не хочет? Прежняя Агнеша не хочет возвращаться? Что тогда?

Мы встречаемся взглядом.

Тихий смотрит на меня некоторое время. Вздыхает.

- Подскажи мне, как ее переубедить?

- Никак. - Жму плечами и опять вздыхаю. Так, как будто на моих плечах тяжкий груз. Мотаю головой, говоря начистоту то, что и есть на самом-то деле. - Этого не будет, Тихий. Я не хочу возвращаться к тому, что было. Я не хочу быть прежней. Это... слишком тяжело, лучше уж так.

- Агнеш, клянусь богами, былое не воротится. Я вовек руки не подниму и не накажу.