Опаляет голубым огнем таких манящих глаз.

- Так, может, стоит перестать это делать?! - Тяну с сарказмом. - Не твое оно, Тихий! Не твое.

Повторяю медленно, по словам, чтобы осознала. Просто хочу развернуться и уйти. Но меня хватают за талию и поворачивают к себе. Резко и быстро.

Вжимают в стальной торс, заставляя носом уткнуться в горячую шею.

- А чье же, Агнеш?! Чье?! Кого другого ты опять видишь на моем месте?

Поджимаю уста.

- На твое место - никого, а на место рядом со мной...

Вовремя прикусываю язык, вспоминая, чем в прошлый раз закончились мои острые слова. Они были сказаны от желания цапнуть побольнее Тихомира, но по итогу больно было мне.

Надо быть умнее и учиться на своих ошибках.

- Ну же... - Тянет меня совсем близко, так что я ощущаю его горячее дыхание, а еще хочется сжаться от этого горящего взгляда. - Скажи мне... Кого ты видишь рядом с собой... Ммм?

Сказать, что другого?

Глупо.

Да и ложь верная.

Ибо даже после того, что сотворил Тихомир, я все равно не смогла выкинуть бера из головы.

Казалось, у меня лишь два пути: либо быть с ним, либо быть с никем.

Третьего не дано.

Поэтому я, наверное, так легко привыкла к мысли стать послушницей в храме Мары.

Не такая уж и плохая участь.

- Ответить, Агнеша!

Он не кричит, не повышает голос. Но в этом скрипучем шипении мне именно что мерещится болезненный рык. Будто ему приносит боль одна мысль, что кто-то другой будет рядом со мной.

И эта мысль пугает.

Ибо в свете последних событий мне опять-таки кажется, что мы больны одной болезнью.

От этого мне не легче, даже наоборот.

- А ты? - мой голос тише ветра или шипения муравьев под нашими ногами, он едва ли слышен. И видно, это и заставляет Тихомира резко успокоиться. Мне чудится, что ему боязно опять меня обидеть. - Ты кого видишь рядом со мной?

Сглатывает.

Не сводя с меня глаз, отвечает:

- Себя. Знаю... по-скотски звучит после всего, но оно правда... Никого другого я не в силах увидать подле тебя.

- Зачем оно тебе, Тихий? Ммм?

- Потому что хочу тебя. Так сильно, как никого никогда не хотел...

- Тела?

Выгибаю бровь. И вдруг хватаюсь за пуговки на своем платье. Кажется, что пальцы и голос живут своей жизнью, отдельно от разума. Вытягиваю каждую пуговичку из петелек, обнажая ложбинку меж грудей.

- Ты хочешь это тело? Да? Так возьми... Я отдамся.

Лопочу, словно блаженная, будто нашим соитием все разом разрешится. Бер оставит меня в покое и...

- Хватит, Агнеш!

Горячие пальцы вмиг накрывают мои, не давая совершить дело до конца.

Он тяжело дышит, будто ему тяжело даже быть подле меня.

- Почему же?

Тихо спрашиваю у него.